Книга 36 вопросов, чтобы влюбиться, страница 16 – Зина Кузнецова

Паша замялся и запустил руку в волосы. Он не любил говорить в семье о своем увлечении наукой.

– У Пашки блажь пока, а не план на будущее, – как всегда, громко сказал папа, – маленький еще, не понимает, что на биологии своей никуда не уедет.

– Я хочу изучать человеческий мозг, это перспективно сейчас, – тихо, но уверенно сказал Паша.

– Перспективно, ага, в Америке или в Германии, а у нас что? Кому ты с российским образованием медика будешь нужен? Ты, Пашка, ешь торт и запоминай его вкус, потому что, если не возьмешься за ум и не поймешь, где деньги, сидеть будешь на воде и хлебе со своей зарплатой.

Паша не стал отвечать, только сжал кулаки под столом и постарался выкинуть слова отца из головы. Подобные рассуждения он слышал уже не первый раз, а привыкнуть никак не мог.

– Илон Маск тоже в науку ушел, а вот, смотрите, что получилось, – сказал Макс. Паша не ожидал от прагматичного, вечно старающегося создать многомиллионную империюбрата поддержки. Он всмотрелся в его доброе и улыбчивое лицо и увидел, что Макс ему подмигнул, мол, не переживай, прорвемся.

После ужина Паша, оставив Макса, на котором, как обезьянка, висела Лиля, с родителями в гостиной, ушел к себе в комнату, открыл свои скудные записи и книги о работе мозга и стал думать, как не завалить эксперимент.

В дверь постучали. Пашин взгляд упал на часы, которые показывали десять вечера. Почти четыре часа он просидел над своим проектом.

– Пашкович, занят? – Макс, не дожидаясь ответа, вошел в комнату и сел на кресло рядом с рабочим столом. – Я тебя спросить хотел, ты давно живешь под гнетом папиного скепсиса?

– Да как ты уехал, они на меня перекинулись и поняли, что из меня выросло существо, непохожее на тебя.

– Три года, а ты, значит, – Макс дотянулся до учебника и пролистал страницы, – все равно втихаря в науку уходишь?

– Ухожу.

– И как?

Паша подумал, делиться с братом новостью про конкурс и эксперимент или лучше промолчать. Сначала Паша решил, что безопаснее молчать – никто не станет талдычить ему о бесперспективности его занятий, но ему вдруг так захотелось, чтобы хоть один близкий по-настоящему смог оценить его достоинства, которые не затмевали таланты Макса, и увидеть науку его глазами.

– Сейчас я работаю над одной научно-исследовательской работой…

– Так? – Макс казался заинтересованным.

– Конкурс всероссийский, поэтому, может быть, и выгорит. Приз – учеба в Гарварде.

– Родители знают?

– Нет конечно. И ты не говори. А то буду после твоего отъезда снова слушать папины размышления о хлебе насущном и каким трудом на него можно заработать.

– О’кей. – Макс серьезно кивнул. – Ты над этим проектом сейчас работал?

– Да, у меня тут… В общем, подопытные потихоньку идут к тому, чтобы невзлюбить друг друга, а мне как-то надо все вернуть в точку равнодушия, чтобы эксперимент удался.

– А в чем суть эксперимента?

Паша рассказал.

– Просто создай им неформальную обстановку. И вопросы первое время не заставляй задавать напрямую, тут кто угодно ерничать начнет. Насколько я понял, главное же, чтобы человек просто услышал, что ответил другой, верно? Ты просто сделай из какого-то вопроса тему для разговора в этой расслабленной обстановке – и все пойдет как по маслу, вот увидишь.

В натренированномПашином мозгу тут же созрел план:

– Спасибо, Макс! Ты мне очень помог!