Онлайн книга «175 дней на счастье»
|
Я и хотела бы уйти, но невежливо. Сидела, буравила его взглядом, а он будто не видел. Только глазами своими светлыми моргает и над шутками взрослых смеется. А ведь с какой компанией водится… Ужас! Июль, 29 12:00. Звонок в дверь. Я открыла и обомлела. Наконец выдала: – Привет! Юра немного нахмурился: – М-м-маша, да? Маша же? Маша, меня п-п-послали передать клуб-бнику. – И он действительно протянул мне огромную корзину ягод. – Спасибо. Появилась бабушка: – Юрочка! Здравствуй-здравствуй! Клубника! Поблагодари бабушкуот моего лица. Вот как здорово, Маша, у нас-то в этом году какой-то неурожай! Теперь сварю варенье! Юрочка, проходи, чай, кофе? – С-с-спасибо, но я п-п-пойду. Бабушка с дедушкой х-х-хотели уехать по делам, а я ключи не взял. – Ясно, ясно. Маша, проводи, пожалуйста, гостя до ворот. Что делать, пошла. Весь этот короткий путь мы, разумеется, не говорили. Я летела впереди, он плелся чуть позади. Только у самых ворот вдруг сказал: – М-маша, это твое. В-в-выпал там, в переулке, когда ты ур-ронила блокнот… И он протянул мне портрет Алекса. Я схватила свой рисунок, свернула его несколько раз и быстро убрала в карман брюк. И надо же было! Калитка открылась и вошел герой портрета. – Добрый день! А вы кто? – Да так, сосед. – А, еще раз добрый день! – Алекс пожал Юре руку. Поймала Юрин взгляд, скользнувший сначала по лицу Алекса, а затем – по моему карману. Так и хотелось изогнуться, как ребенок в детстве в истерике может изгибаться, и крикнуть: «Да! Это его я рисовала! Молодец, что догадался!» Август, 2 Мама утром за завтраком похлопала в ладоши, чтобы привлечь наше внимание, – мы все молчали, думая о своем. – Так, дорогие мои, предлагаю сегодня устроить хороший веселый ужин с шашлыками, весельем и костром! Возражений не приму. Мужчины, можете выезжать за мясом. Я обрадовалась и развеселилась. Какое-то время атмосфера в доме была гнетущая, а теперь будто свинцовые тяжелые тучи рассеялись! 13:00. Сейчас узнала, что дедушка и Волковых пригласил. В общем-то Юра меня мало волнует, но без него я чувствовала бы себя комфортнее. Мне вот другой вопрос покоя не дает: если он общается с такими хулиганами, значит, его доброжелательность и вежливость, которые я наблюдаю сейчас, когда он в кругу семьи, – ложь? Ох, не люблю двуличность! 23:30. Весь вечер мы с родителями и гостями просидели в дальнем уголке нашего сада. Жарили сосиски и зефир, наслаждались дедушкиным шашлыком. У него какой-то свой, особый рецепт. Без забавных эпизодов, конечно, не обошлось. Папа стал играть на гитаре «Александру» – единственную песню, аккорды которой, по его признанию, он примерно помнит спустя столько лет после выпуска из института. Всем взрослым вздумалось станцевать прямо тут, на траве у костра. Таня в шутку кружилась с Лилей. Бабушку пригласил Дмитрий Сергеевич, а маму – Алекс (меня он не пригласилнаверняка, чтобы не вызывать подозрения). Итак, мне пары не досталось. Я пододвинулась ближе к костру с намерением что-то записать в дневнике, но рядом со мной оказался Юра. Он поднес ладони к костру, потом сцепил их, положил на колени и посмотрел на меня. Его глаза были такими светлыми, что пламя от костра сделало их яркими, как глаза кошки в темноте. – Ч-что ты все время пишешь? – спросил он с интересом. – Я думал, что раз отсюда в-выпал рисунок, значит, альбом, но в альбоме обычно не с-строчат ручкой… Так что? |