Книга Звонкие чувства, страница 64 – Зина Кузнецова

Когда парень первый раз увидел на экране ее компьютера эту игру, то удивился и вроде как-то даже снисходительно посмотрел на Розу, мол, он не ребенок. Зато потом, когда начался урок, он развеселился как семилетний мальчишка. Розе стало тепло на душе от его радости.

Постепенно его словарный запас пополнялся, а чтение становилось лучше – заложенная база и языковое чутье действительно помогали ему.

Каждый раз, когда Митя без ошибок прочитывал сложный абзац из медицинской статьи, напичканной специфичной профессиональной лексикой, Роза хлопала и почти подпрыгивала на стуле, а парень расслабленно откидывался назад и закладывал руки за голову.

– Слушай, – однажды сказал он после урока, когда они взяли кофе с собой и пошли вместе до дома Мити. Роза как раз хотела забежать в гости к Ане, – я и забыл, как это круто перестраивать мышление, чтобы сказать что-то на другом языке.

– Я еще французский изучаю как второй иностранный, вот там какое-то абсолютно мазохистское удовольствие я получаю от того, что мозг пытается понять, какие правила грамматики и произношения ему нужно сейчас применить.

– Круто. Зря я забросил. Мне реальнонравилось ходить в языковой центр.

– А почему ты забросил-то все-таки?

Роза задала вопрос, вполне готовая к тому, что Митя снова ответит что-то общее, без подробностей, но, видимо, столько подряд проведенных вместе вечеров сделали их ближе, и он ответил:

– Роз, когда ты уехала, мне было так искренне плохо, что я решил убрать из жизни все, что о тебе напоминало.

– Правда? – смущенно отозвалась Роза. Она считала, что они никогда не будут затрагивать тему его детской любви.

– Я тебе клянусь. Осенью, когда шел дождь, я сидел у окна, как какая-то девчонка, смотрел вдаль и слушал грустную музыку.

Интонация, с которой он это рассказывал, была веселая, и Роза не стала сдерживать смех.

Мимо них по лужам пронеслась машина, и Роза, которая шла со стороны дороги, вся сжалась, надеясь, что это защитит ее светлое пальто от брызг. Брызги действительно не долетели, но Митя, заметив ее напряжение, положил руку ей на талию и передвинул ее за себя. Теперь со стороны дороги шел он.

На долю секунды Роза застыла, глядя на его спину. Ей снова захотелось расплакаться, как в тот раз, когда Оля приготовила ей еду и чай. После растерянности и благодарности пришла веселость, и Роза защебетала, как птицы летом. Они с Митей болтали так беззаботно и открыто, что трудно было поверить, как всего несколько недель назад они были рассержены друг на друга.

У подъезда Митя сказал:

– Ладно, ты беги к Ане, я покурить еще хочу.

Эти слова напомнили Розе, как же он ей не подходит.

– Ну пока тогда.

– Ага, давай.

Роза сделала робкий шаг к Мите, не зная, ответит он на ее порыв обняться или нет, но он ответил и прижал ее к себе.

– Пока, – повторила Роза еще раз.

– Пока.

Она забежала в подъезд, сама не замечая, что на губах у нее широкая искренняя улыбка.

И не понимая, почему так счастлива, она решила пройтись до Аниного этажа пешком, а пока поднималась, все думала о том, как хорошо возобновлять прежнюю дружбу, когда человек уже такой знакомый и даже родной.

Добравшись до нужной лестничной клетки, Роза постучала в дверь, но никто не ответил. Она постучала еще раз. И снова тишина. Прислушалась, вдруг Аня была в душе, но нет. Абсолютная тишина.