Книга Одержимый жаждой, страница 18 – Амира Алексеевна

— Так, ешьте скорее. Нам, вообще-то, скоро листовки нужно идти раздавать.

— Да, — грустно вздохнула Кристина. — Нам работать, а кому-то в салоне мамины и папины денежки спускать.

— Не завидуй. — Обозлилась тотчас Катя.

— Еще чего. — Ухмыльнулась в ответ Кристина.

Выходные пролетели незаметно, без особых развлечений.

Суббота: с утра до обеда пробыла в университете, с обеда до вечера подработка — раздача листовок с открытием нового магазина детских игрушек.

Если бы я знала, что мне придется вырядиться Буратиной (а Кристина, кстати, была Мальвиной), — в жизни бы не согласилась на эти четыре часа унижений. Воскресение пролетело еще быстрее: полдня генеральной уборки квартиры, остальная половина ушла на дипломную работу, — это еще одна моя подработка.

«Дипломные, курсовые, рефераты под заказ за приятную цену от Кариповой Асии Владимировны». Мне остается только оформить самозанятость или открыть ИП.

Не успела я нормально отдохнуть, как снова наступил понедельник.

Едва не проспав свой будильник, я наспех приняла душ, надела то, что первым попало под руку: белые джинсы, белая футболка и босоножки на невысоком каблуке, и, исключив всякую косметику, пулей вылетела из дома, даже не позавтракав.

— А что происходит? — спросила Катю, войдя в аудиторию. Весь зал был забит студентами со всех курсов. К тому же, я еще никогда не видела столько преподавателей в одной аудитории.

— Приземляйся, сейчас начнется! — возбужденно, с пылающим взглядом проговорила Кристинка, толкнул соседа слева, чтобы тот подвинулся, освобождая мне место. — Эх, как жаль, что мы не на первом ряду.

Катька села рядом со мной по правую сторону.

— Говорят, какой-то бизнесмен приехал. — Объяснила она, всматриваясь в кучу столпившихся преподавателей возле доски. — Окружили его наши преподы, словно коршуны бедного хомячка.

— Сравнила тоже, — усмехнулась Кристина. — Не знай, какой он там хомячок, но точно не из бедных. Говорят, он владеет сетью супермаркетов в нашем городе.

— А какое название носят его супермаркеты? — даже я заинтересовалась.

— Да фиг его знает, — отмахнулась Кристинка. — Знаете, в чем главный прикол?

— В чем? — в один голос спросили мы с Катей.

— Он невероятно богат…

— Это мы уже поняли, — раздраженно огрызнулась Катя.

— … молод, — продолжила Кристина, не обращая внимание на язвительные реплики подруги, — невероятно красив, как голливудский актер Том Круз…

— Пфф, — фыркнула Катька, — никогда не нравился этот актер.

— …но самое главное…

— Так начала бы тогда с самого главного. —Продолжала раздражаться Катя.

— … он холостой!

— Холостыми бьет? — хихикнула я.

— Не пошли, Карипова. Я серьезно. — Рассердилась Кристинка. — Да ну вас, одноклеточные амёбы.

— Тишина! — вдруг крикнула на весь зал Мария Викторовна — преподаватель по Теории государства и прав, суровая женщина, с крепким телосложением и ростом под метр девяносто.

Вся аудитория тотчас замолчала. Студенты, кажется, даже дышать перестали, так побаиваются ее.

— Сегодня нас почтил своим приездом… — Продолжила Мария Викторовна кричать на весь зал, хотя рядом стоял микрофон, вполне рабочий. — …наш бывший, самый лучший студент Шакиров Равиль Дамирович. Давайте поприветствуем его громкими аплодисментами.

— Стоп. Что-то имя его очень знакомое… — Проорала Катька, пытаясь докричаться до меня сквозь аплодисменты студентов.