Книга Я верну тебя, страница 38 – Элен Ош

— Я могу трахнуть тебя прямо тут, в машине. Грубо, жестко! Прямо сейчас! Либо ты идешь в ЗАГС и ставишь свою подпись напротив моей и выходишь госпожой Кайсаровой. А потом мы едем на яхту, где я дарю тебе самый потрясающий и запоминающийся секс. Выбирай, Матильда!

Да уж, выбор не велик. Он трахнет меня в любом случае.

А чего я, собственно, хотела? Спички детям не игрушка.

— Так, что выбираешь, Матильда? — спрашивает.

Но голос уже не звучит с угрозой. Скорее, насмешка. Неприкрытая.

Играет Валех. Забавляется…

Тяжело выдыхаю и решаюсь на последний вопрос:

— Выйти за тебя замуж — это тоже часть спора?

— А если даже и так, неужели не подыграешь, Матильда?

Молчу. Губы кусаю. Лихорадочно раздумываю, но ни фига выхода не вижу. Все, тупик!

— А ведь я пошел тебе навстречу, когда ты с девчонками поспорила. Помог выйти из ситуации.

— Я благодарна, — шепчу в ответ.

— Мало, Матильда! — склоняется ближе, губами по щеке проводит, влажную дорожку по шее прокладывает, языком щекочет. — Я всю тебя хочу! Без остатка.

Глаза зажмуриваю, стиснув руки в кулачки. Дыхание задерживаю…

От его ласки внутри все сжимается. Понять не могу: то ли от страха, то ли от возбуждения.

— Валех…, — выдыхаю, а саму трясет все.

— Что?

— Я боюсь.

— Меня?

— Того, что будет…, — крепче бедра стискиваю. — Я не готова!

— Просто скажи: "Да", Матильда! Остальное сделаю я: красиво, нежно, трогательно.

— Вы разве так умеете?

— Кто это " Вы"?

— Ну, джигиты. Я слышала, что вы не считаетесь с желаниями женщин и всегда берете жестко.

— Ах вон оно как, — смеется, дверцу машины открывает, руку мне подает. — Для тебя, Матильда, готов переписать если не все, то некоторые законы. В том числе, отношение к любимой женщине.

— Например? — робко смотрю, в глазах его истину прочесть пытаюсь.

Но глаза Валеха черные, как бездна. Ничего не видно, кроме блеска азартного. Загнал уже жертву, победу празднует.

— Идем, Матильда! Сама скоро узнаешь. Я и без того против правил несусь: никто не в курсе, кроме Ройса, что женюсь сегодня. Так подыграй мне, девочка!

Шумно выдыхаю. Руку ему подаю. Поддерживая подол платья, из машины выбираюсь и к зданию загса направляюсь.

Если бы не Валех, упала бы, стопроцентно! Ноги совсем не слушаются. Не привыкла на каблуках ходить, да еще волнуюсь до ужаса.

Валех дверь отворяет, вперед меня пропускает, а навстречу уже девушка спешит, прямо как в салоне красоты:

— Валех Тимурович, а мы уже заждались вас, — щебечет. — Вот сюда, пожалуйста, проходите!

Спешит по коридору к кабинету, двери перед ним гостеприимно распахивая, и цокает на пару, сидящую поблизости:

— Ждите! Всех примем! Эта пара просто задержалась. Входите, пожалуйста, Валех Тимурович!

А я так настороженно смотрю. Бровки приподнимаю, и тихо будущему мужу говорю:

— А откуда она тебя так хорошо знает? Часто девок приводил, для росписи, а?

— Ох ты ж, Матильда! — хохочет. — Неужели, ревнуешь?

— Разумеется!

И столько смелости во мне просыпается, прямо распирает всю.

Ты гляди-ка, что творится! Раз уж мне суждено женой Кайсарова стать, то я на заднице сидеть робко не стану. Всем шлюшкам патлы оторву!

А Валех смеется, мягко за талию поддерживает, порог кабинета переступая. Чуть голову ко мне склоняет и шепчет:

— Это не часть спора, Матильда! Чисто мое решение: станешь законной супругой до того, как бутон твой красный сорву. Ведь чиста для меня, девочка? На веру беру, без проверки.