Книга Измена. Ты станешь моей, страница 11 – Элен Ош

Робкая попытка увернуться не увенчалась успехом. Заломив обе руки наверх, Егор прильнул в поцелуе, жадно терзая мои губы. Свободная рука скользнула ниже, расстегивая ремень и молнию джинсов.

— Нет! Нет, я не хочу.

Но чем больше я кричала, тем сильнее заводился Егор. Новая пощечина заставила замолчать. Лицо горело от побоев, губы от неистовых поцелуев. Руки мужа срывали джинсы вместе с нижним бельем. В моей душе застыло отрешение. Пусть он наслаждается победой. Насытит звериный инстинкт. Докажет себе, каков он герой. Но только сегодня! В последний раз.

Холодное отупение охватило меня. Позволив мужу насиловать собственную жену, я прикрыла глаза, лишь бы не видеть искаженное гримасой лицо Егора. Грубо овладев мною, он с каждым толчком произносил:

— Вот так он любил тебя? Вот так?

* * *

Самое страшное оказалось посмотреть на собственное лицо в отражении утром. Еще спросонья я поняла, что дело дрянь: веко не открывалось. Свернувшись калачиком, я пролежала остаток ночи на краю кровати, слушая богатырский храп супруга. Уходить в зал не имело смысла. Уходить, так насовсем.

С тяжелой головой от выпитого, я с трудом приняла сидячее положение. Кинула взгляд на пустое место в кровати. Егор ушел. Я мысленно перекрестилась. Глаза скользнули по тумбочке на циферблат будильника. Пузатый и на кривых ножках тот важно стоял на столешнице и отмеривал последние минуты до звонка. Удивительно, но организм не позволил проспать.

Ночью я приняла окончательное решение уйти от Егора. Развод я не получу. Не стоило и надеяться. Придется уйти как есть. Бежать без оглядки. Но работа!

От босса крупной фирмы так просто не сбежать. Я без калькулятора подсчитала сумму неустойки и прочих штрафов. Каким бы ни был козлом владелец автосалона, но я боялась Демидова Бориса Андреевича не меньше мужа.

Прошлепала босыми ногами до ванной комнаты. Зажгла свет. Пустила воду в душе и залезла под прохладныеструи воды, избегая встречи с собственным отражением. Я подставила лицо под капли, позволяя коже расслабиться, глазам открыться. Смыв ночной позор с тела, но не с души, я завернулась в махровое полотенце. Коротко выдохнув, провела ладошкой по запотевшему зеркалу. Прискорбный вид подытожил увиденное: под правым глазом расплылся синяк.

— Громов, скотина! Мне же на работу идти! Долбанный отчетный период.

Не пойти, значит перечеркнуть годы работы. Дурацкое чувство ответственности заскулило в душе. Я зажмурилась, заставляя мысли выстроиться ровно. Если забрать минимум одежды, Егор не заподозрит об уходе. Значит, на работу не явится. У меня есть целый день на решение проблемы с жильем и подачей заявления об увольнении. Да, я помнила об обязательном сроке двухнедельной отработки. Единственный минус в плане: Егор перехватит в эти дни и заставит вернуться. Что же делать?

Застонав, я зашла на кухню. Вытряхнула на ладонь парочку анальгетиков и жадно запила водой, поклявшись больше не пить. В таких количествах. От вида еды мутило. Кофе решила выпить на работе. Скорее собрать вещи, кинув в сумку, и валить отсюда.

Поиск ключей от машины результатов не дал. Я даже не сомневалась, что Егор в качестве наказания отобрал возможность передвижения на собственном транспорте. Видимо, не терял надежду, что с синяком под глазом супруга останется дома. Но я готова была добраться на чем угодно, лишь бы подальше. Воспользовавшись такси. Да, добираться до другого конца города. Сдерут не мало, но оно того стоило.