Книга Что на ужин? Развод. Супер!, страница 6 – Элен Ош

Он поворачивается ко мне и улыбается.

— Я знаю, мам, — говорит он. — Мы же команда.

И я понимаю, что у меня есть все, что нужно для счастья. Мой сын. Мои подруги. И моя вера в то, что все будет хорошо. А Толик? Что ж, он сам сделал свой выбор. И теперь ему придется жить с его последствиями. А я буду жить дальше. И постараюсь сделать свою жизнь сладкой. Даже после измены. И даже после развода.

Сумка стоит в прихожей, словно надгробный камень нашей жизни — холодной глыбой, отмечающей конец. Смотрю на нее и думаю, какая же бездна всего погребена под этой грудой тряпья: его драгоценные походные ботинки, видевшие лес раз в пятилетку, идиотская шапка с оленями, подарок моей мамы — привет из счастливого прошлого, — ворох футболок, рубашек, брюк… Все это сейчас — как вещи из чужого дома, ненужный реквизит давно сыгранной роли.

Я ждала его возвращения. Знала — приползет. Толик, конечно, далеко не ангел, но к комфорту привык зверски. Где еще ему будут так же безвозмездно стирать, гладить, кормить? Нет уж, он вернется, как миленький. Вопрос был лишь во времени.

Если честно, думала, объявится раньше. Что его задержало? Прощальный секс с Сонечкой или муки совести, в наличии которой я сомневаюсь? Как бы там ни было, явился он только к полуночи. Самое подходящее время для покаяния, нечего сказать.

Артем, мой чуткий мальчик, не спал. Затаился в своей комнате, ловит каждый шорох. Я чувствую его незримую поддержку, знаю, что он в любую секунду готов выскочить и оградить меня от этого… от этого Толика.

Когда в замке щелкает ключ, вздрагиваю всем телом. Не страх — нет, а какое-то гадкое предчувствие беды. Толик входит и замирает, как громом пораженный, глядя на сумку.

Боже, как он выглядит! Усталый, помятый, с виноватым выражением на лице. Его густые брови, обычно такие смешные и подвижные, сейчас сдвинуты к переносице, словно собираются в тучу. Губы… О, эти губы! Когда-то я находила их самыми красивыми на свете. А теперь вижу только ложь и похоть. Представляю, как они целуют эту вертихвостку Сонечку, как ласкают… Меня передергивает. Едва сдерживаю тошноту.

Он смотрит на меня взглядом побитой собаки, и я почти верю в его раскаяние. Почти. Но стоит вспомнить его вранье, и жалость улетучивается без следа.

Толик хватает меня за руку и тащит в спальню. Видимо, опасается, что Артем услышит наш "милый" разговор. Да пусть слушает, мне нечего скрывать. Пусть знает, какой у него "замечательный" папаша.

— Оль, ну чего ты сразу так? — скулит он своим самым жалким голосом. — Ну, вышло так… Неловко. Случайно, понимаешь? Не надо драматизировать. Мы же столько лет вместе! Давай поговорим, разберемся.

"Случайно"?"Разберемся"? Да он держит меня за идиотку! Как будто я вчера родилась и не знаю, что такое измена.

Вырываю руку из его хватки.

— Разбираться не в чем, Толик, — говорю я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри бушует ураган. — Я прекрасно знаю, что это не случайность. Ты изменял мне все эти годы, да? Просто я закрывала глаза, потому что была дурой. Но теперь довольно. Свидетели есть, если тебе нужны доказательства.

Смотрю ему прямо в глаза и вижу там… испуг. Да, самый настоящий испуг. Он не ожидал, что я так легко его отпущу. Наверное, думал, что буду цепляться, умолять остаться.