Книга Развод. Все решено, страница 25 – Элен Ош

Рыская в поисках ключей от кондитерской, я подняла голову, чтобы перевести дух. Что угодно можно найти в женской сумке, кроме порядка. От Управления полиции уже потянулись первые клиенты, а я до сих пор топталась у входа. Сотруднице выделила выходные. Девочка и так переработала лишние дни, пока я валялась в больнице.

Кое-как выудив на свет связку ключей, я повернулась к двери, когда краем глаза увидела удаляющуюся по улице пару. Между нами было приличное расстояние, но я не могла не узнать, даже со спины, фигуру моего мужа. Высокого, статного. С коротко стриженной головой. Андрей был по форме. Фуражку нес в руке и после водрузил на голову.

Я еще раз лихорадочно прокрутила в голове утро, когда муж собирался на службу. Периодически он уходил в гражданской одежде, но сегодня как раз был тот день, когда Андрей облачился в форму сотрудника полиции.

Я прислонилась к двери в кондитерскую и судорожно вздохнула, глядя вслед паре. Повиснув на моем муже, рядом вышагивала Лерка.

— Вот стерва! А он... Значит, как я — так его жена. А ты тогда кто, Андрей?

— Это фиаско, братан!

Почему-то именно эта фраза вспомнилась, когда пара, Лерка и мой муж, скрылись за углом. Шмыгнув носом и зябко кутаясь в воротник куртки, я кое-как открыла дрожащей рукой кондитерскую и влетела в помещение.

— Алиса, свет включи и музыку!

Голосовой помощник мило проворковала в ответ и справилась с просьбой моментально. Из динамика полилась песня, а я замерла на месте, невольно вслушиваясь:

Расставаньям и потерям

Я не верю, я не верю,

Я в любовь земную верю

И в бессмертие души.

Я таким тебя узнала,

О тебе всю жизнь мечтала,

И подругам всем сказала,

Что ты — лучший из мужчин!

— Алиса, блин! Ты издеваешься! Другой песни не было?

Но голосовой помощник оставила меня без ответа. А предаться унынию мне не позволили сотрудники полиции. Колокольчик на двери возвестил о постоянных клиентах. Изрядно продрогнув на холодном ветру, шумная толпа вломилась в дверной проем.

— Ксюш, проспала что ли? Чего так долго не открывала? — наперебой посыпались вопросы от знакомых сотрудников полиции. — Давай скорее нам кофе, да погорячее. Мы с дежурства. Голодные и злые, как собаки.

— Ну, это вы аппарату скажите, — отшутилась я. — Вам как обычно: круассаны с шоколадом?

Переговариваясь с бравыми клиентами, я следила за тем, как кофемашина наполняла стаканчики. Выдавала пирожные и десерты, поглядывая на часы: поставщик жареных и печеных пирожков опаздывал. Если часть тортов и прочих кондитерских изделий я готовила сама, а некоторые брала под заказ у проверенных мастериц, то пирожками заниматься отказывалась наотрез. Не хватало еще на районе провонять прожаренным маслом.

Клиенты менялись. Кто-то уходил сразу, другие заняли три столика у окна. Отогревались и обсуждали рабочие моменты. Я невольно прислушивалась к разговору полицейских, отпуская меж тем и обычных покупателей, живущих в этом районе.

— О, смотри-ка! Сергеев бежит, — долетел до меня голос одного из сотрудников Уголовного розыска.

Я вскинула голову, глядя сквозь панорамное окно на улицу. Дорогу переходил статный полицейский по форме. Капитан. О чем мне сказали погоны на его бушлате. Входя в кондитерскую, он снял фуражку. А я остолбенела.

Фамилию капитана я слышала уже от мужа, но ни разу его не видела. Возможно,Сергеев приходил в кондитерскую в дни работы моей сотрудницы.