Онлайн книга «Гулящий. Отдана брату мужа»
|
— В какую? — вскинула я взгляд на него. — В комнату Джаннет. Она возле моей, смежная… — сверкнул потемневшим взглядом. Внутри все напряглось до невозможности. Жить в комнате его любовницы, возле него. — Мне так будет удобнее… — А мне? — вырвалось в сердцах. Подошел, провел по волосам забинтованной рукой. — Если тебе не понравится, всегда есть вторая опция, малыш… Можешь переехать сразу в мою комнату. Цени, Диана. Ни одной своей любовнице я не предлагал переехать к себе, так близко не подпускал… Но ты ведь особенная, — гладит по волосам, — с тобой делить одну постель — дело принципа… Думаю, мы в любом случае придем к этому формату… Обнимать желанную женщину во сне — особый вид удовольствия и отдыха… Тебе Джалил об этом не говорил? Я всматривалась в его глаза. Мягкий тон, одержимый взгляд, нежные прикосновения… И столько желчи, столько горечи, которую он пытается лить на меня… — Иногда мне кажется, что ты так одержим мыслями о Джалиле, что он присутствует между нами… Рука Батыра, до последнего нежная и ласкающая, вдруг резко сжала копну моих волос и потянула назад, заставив на него посмотреть… — Он всегда будет между нами, Диана. В этом вся проблема… Отпустил, отошел… Увидела, как на бинтах проступила кровь. — Иди, Диана. От греха подальше. Оставим грех на после ужина… В сотый раз дергаю платье вниз, наивно рассчитывая, что оно станет хоть чуточку длиннее. Интересно, когда менеджерши магазина паковали в красный пакет его содержимое, что они думали? Все предельно банально и, наверное, специально подобрано, чтобы унизить меня и показать мое место. Кукла. В чулках на подвязках, высоких шпильках и черном маленьком платье. Маленькомне в значении Коко Шанель, а в значении Батыра, наслаждающегося своим положением и правом в это меня выряжать. Я сижу, плотно сжав ноги — и он это видит. Усмехается. — Расслабься, Ди. У нас ведь не первая брачная ночь впереди и ты не девочка… Просто прими факт того, что будет — и получай удовольствие. Больно я тебе не сделаю… Не сделает? Смешно. Уже сделал. Иногда моральная боль сильнее физической… Он доливает вина в бокал, протягивает свой — чтобы чекнуться. — Отпусти себя… Будет хорошо… А я опускаю глаза. Не могу смотреть на него, когда он в ответ так смотрит. Батыр рычит. Протягивает руку к моему лицу, растирает каплю вина по губам. — Когда я в первый раз увидел эти губы, с ума сошел. Ты их кусаешь все время, когда нервничаешь — они красными становятся… Не нужно никаких помад — и так улет… — трогает щеку, обманчиво нежно ласкает большим пальцем, — и эта робость твоя вечная… Просто афродизиак… Ты когда вот так ресницами в смущении хлопаешь, внутри все сжимается спазмом предвкушения… хочу посмотреть, как ты моргаешь, когда… Его красноречивая пауза говорит больше слов… — Вид женщины в момент экстаза многое о ней говорит, Диана… Возможно, если бы я настоял и тогда пошел дальше, а не берег тебя, не осторожничал, не пытался показаться лучше, чем я есть, я бы раньше все о тебе понял… Я усмехаюсь. Теперь горечь на моих губах. — Понял бы, что я фригидна? — слова сами вылетают из моего рта. Хочется цинизма и равнодушие. Его разочарования хочется… Оно менее болезненное, чем вот такое колючее внимание… — Фригидна, говоришь? — усмехается. А я встречаю его взгляд. — Знаешь, от чего Джалилу было обиднее всего, Батыр… Не от того, что он сейчас, как ты, накручивал себе в голове то, что могло быть у нас с тобой и мое равнодушие списывал на чувства к тебе… Он бесился от того, что мое тело на него не реагировало… Трудно чувствовать себя мужчиной, когда женщина, которую ты хочешь, бревно… Силенок подмять ее под себя достаточно, а больше… Вы противны мне, оба… И ты, и он. Ничем ты не лучше… И можешь не делать ДНК-тест: Луиза твоя мать. Ты точно такой, как она… Как ваш отец… Яблочко от яблоньки… |