Книга На грани развода, страница 91 – Марика Крамор

— Мам! Можно вон в ту лужу?

— Конечно, сынок, иди, мы догоним.

Пока малой не видит, я краду у Кати быстрый поцелуй, на мгновение прижимая к себе.

— Ты реально мороженое, что ли, не любишь?

— Нет, — улыбается, — я люблю пирожные: чизкейки, что-нибудь сливочно-сырное. Люблю выпечку с мясом. Пиццу. Закрытые пироги, особенно с капустой.

Округляю глаза.

— Я тебя этим кормить не буду.

— А кто тогда будет? — хитренько уточняет и, как Кир, задирает носик. Смеется.

— Овощи и мясо — это да, ко мне. А вот эти ваши слёзы сердца и желудка… плюс счастье для лишнего веса… неее.

— Прекрати, — приобнимает, гладит спину, пока мелкий не смотрит. — Если не ты, то кто?

— Что-нибудь придумаем.

— Кстати, насчёт секрета — это ты здорово сообразил, — Катя отскакивает в сторону, потому что Кир внезапно оборачивается, — и да, он часто про Женю сейчас говорит. Никак не хочет смириться, что мы больше вместе жить не будем. Я все же подыскиваю съёмную квартиру, не хочу у родителей задерживаться.

— Да погоди пока. Сейчас Кир привыкнет немного ко мне, и дальше будем уже сглаживать шероховатости у меня.

— Нет, Вил. Это неправильно. Я боюсь, что этим мы можем все испортить. Кириллу очень тяжело. Женя приезжает редко. Звонит быстро. Кормит обещаниями. Не представляешь, как сын плакал и кричал, когда я пыталась объяснить, что папа будет его иногда забирать к себе.

— Ну как-то ж справляются родители при разводе.

— Я, возможно, не тот момент выбрала, — грустно.

— Не вешай нос. Ну этого не избежать, — стараюсь как-то поддержать Катю. Перехватываю ее ладонь, целую пальцы.

— Я очень стараюсь. Я ему всегда говорю, что мы оба его очень любим и скучаем. И то, что папа уехал, никак не повлияет на наши отношения и чувства к Кириллу. Что он дорог и мне, и Жене. Но это тяжелее, чем я думала. Женя сейчас общаетсясквозь зубы и часто выплескивает раздражение на сына. Эдакий инструмент уколоть меня.

— А нос ему не пробить, не? — не сдерживаюсь.

— Я уже не знаю. Я стараюсь сейчас ограничить их общение, но сам понимаешь. С одной стороны, это хорошо, потому что у Жени нет возможности сорваться. А с другой стороны, хуже для сына.

— А давай я вам позвоню сегодня. Поболтаем. Ну хоть попробуем, — уточняю, глядя на то, как Катя активно мотает головой.

— Посмотрим.

— Не, ну а с квартирой-то что? Этот придурок сам свалить не хочет?

— Вилан!

— Может, ему таки помочь съехать?

— Нет. Он не хочет съезжать. Ни сейчас, ни потом. Будем судиться. Делить все, что нажили.

— Ой, да пусть валит. Есть вам где жить.

Смотрю на неё, но сам понимаю, что она не отступится. Она работала, как лошадь. И то, что сейчас у неё меньше работы — это, можно сказать, мне повезло. Но я намерен обговорить этот вопрос серьёзнее. Если ее птеродактилю насрать, во сколько жена домой приезжает, то я-то на это сквозь пальцы смотреть не намерен.

— Кать, если честно, я бы не хотел, чтобы ты была постоянно занята. Я сам впахиваю не для того, чтобы, образно говоря, в пустую квартиру возвращаться.

— Сейчас заказов почти нет. Даша скоро уезжает. Я пока что за неё. Дальше будет видно. На лето планирую свадьбы неделя через неделю.

А нашу она, интересно, сама организовывать будет или нет?

Но решаю промолчать. Сейчас не время. Да и не на той ступени мы пока, чтобы это обсуждать. Но то, что мне нужно, я вроде как знаю. У меня сомнений нет. Меня и Кир не напрягает особо. Во всяком случае, дальше слов он не идёт, гадости никакие не творит.