Книга На грани развода, страница 82 – Марика Крамор

— А больше ничего мне не сделать?!

— Да поставь, поставь, — мягко уговаривает Катя.

— Ты что, мне не веришь? — ещё немного, и быковать начну я. И точно выпну ещё одного недомужа!

Катина мимика в стиле «ну начинается» цепляет за живое.

На мой звонок Настя отвечает взволнованным голосом. Очень тихо. Я ее знаю достаточно хорошо, чтобы в первые же секунды определить: нервничает, расстроена. Сильно. Ей, конечно, запрещено это. Антон должен был позаботиться, чтобы таких взрывов не случалось вообще, раз взял на себя ответственность. Или хоть как-то постарался минимизировать. Но, видать, не выходит у него. Подпись в документах — оно ж, конечно, легче поставить.

— Насть, ты где? — начинаю скупо.

— А что такое?

— Мне Антон чуть дверь не проломил. Я ему сейчас трубку передам. Будь человеком, не бросай. Он приедет за тобой, куда скажешь, поговорите, обсудите. Всегда можно что-то решить вместе.

Антон моментально выхватывает гаджет из моих рук.

— Насть, солнце, ты что делаешь! Я тебя обыскался!

Голос его звенит от напряжения. Это он ещё очень сильно сдерживает эмоции и пытается говорить аккуратно.

Дослушивать разговор интереса нет. Бешусь как черт. Вечер псу под хвост. СПАСИБО!!!

Катя,переплетая наши пальцы, уверенно тянет меня на кухню.

Тормозим у самого гарнитура. Резко разворачиваю ее к себе. Одно движение бёдрами, и Катя уже врезается ягодицами в столешницу.

Впиваюсь ртом в изящную шею, слегка покусывая. И думаю, я лопух или нет? Я ничего предосудительного не сделал! Почему я обязан объясняться?! Я не любитель заискивать, настойчиво уговаривать. Знаю, что окружающим мне иногда по физиономии двинуть хочется. Но я вот такой. Если сказал — значит, так и есть!

Несмотря на твёрдое намерение отстаивать свою невиновность по-царски — твёрдо и снисходительно, — а не пускаться в жалкие объяснения, смягчаюсь, как только подмечаю трепетное ожидание в глазах Кати.

До меня доходит чётко: она не станет спрашивать, требовать. Но зато позволит расставить все по своим местам. Либо примет, либо нет. Если промолчать, Катя просто сделает свои выводы. И все. Дальше оправдания будут неуместны.

Хуево, конечно, когда вместо диалога получается его отсутствие.

Поэтому я переступаю через себя и заглядываю Кате в глаза.

— Я очень не люблю оправдываться. Давай раз и навсегда проговорим. Мы с Настей разошлись. Все. Не общаемся. Если встречу на улице, я поздороваюсь и даже переброшусь парой слов. Так же и с Антоном. Для меня это ничего не будет значить. Я никого не стану блокировать или намеренно игнорировать. На звонок отвечу. Но не потому, что ещё осталась надежда. Не потому, что ещё жду чего-то.

— А от меня чего ждёшь? — вспарывает мой самоконтроль. Тихонько. Искренне так. И глаза ее в эту минуту… мерцают.

— Я телефон тут оставлю, — доносится виноватое.

— И дверь захлопни сам.

— Хорошего вечера, — желает Антоха.

— Опоздал с пожеланиями, уже не срослось, — бросаю не оборачиваясь, Катя прислоняется лбом к моей груди. Негромко смеётся.

И обнимает меня.

Выжидающе молчу. Когда из коридора раздается характерный хлопок, я ненавязчиво приподнимаю Катин подбородок, заставляя девушку взглянуть на меня.

— Ты спросила, чего я жду от тебя, — поддерживая, усаживаю ее на столешницу. Сложно собрать важные слова в одно предложение. — Чего-то настоящего, Кать. Я жду, что мы сможем по-настоящему приглядеться друг к другу.