Онлайн книга «Предатель. Я тебе не жена»
|
Меня восхищает ее точное определение сущности Германа - я тоже при первой встрече решила, что он именно этот хищник. - Ты как будто интересовалась им, - смеюсь я, уходя от ответа. - Конечно! После того, как увидела вас вместе на премьере, а Олеська сказала, кто он, я не могла его не погуглить. Упомянутая Олеська сидит напротив и в разговор пока не вмешивается, лишь ухмыляется. Она знает больше, чем Люба. - И что про него пишут? - заинтересовываюсь я против воли. - Ну, подруга, - Люба загадочно улыбается. - Во-первых, он бабник! А ты, между прочим, замужняя девушка. - Мы разводимся, - хмуро возражаю я. - Верховцев уже подал иск в суд. Слушание через три недели. - На котором, мы все понимаем, Иван сделает все возможное, чтобы потянуть время, - подает голос Мартынова. - И для этого у него есть основания. - Это какие? - Законный месяц или три - не помню - на примирение сторон по желанию одной из них. Ему нужно лишь заявить об этом желании, - умничает Олеся тономэксперта по семейному праву. Мне это парировать нечем - Вячеслав предупреждал меня о такой возможности и просил набраться терпения. Нас, конечно, все равно разведут, но подождать придется. Если мы чего-нибудь не придумаем… В смысле, если хоть один из коварных планов мужчин сработает, и у нас появятся свои инструменты давления на Ивана. Но обсуждать это с девчонками я не хочу - да и нельзя, - поэтому, несмотря на то что я не против узнать, что же там "во-вторых", спешу свернуть тему, переключив внимание с себя на них. - Ладно, - махаю рукой. - Хватит обо мне. Лучше расскажите, как у вас дела. - У нас? - Люба тут же переводит взгляд на Олесю, явно ожидая, что та вступит в игру. - Ну, я, например, через полчаса убегаю на ламинирование волос. - Как неожиданно, - с усмешкой комментирую я. Любка просто помешана на своей шевелюре и у нее каждую неделю то ламинирование, то колорирование, то экранирование с кератинированием и коллагеновым восстановлением. То, что я помню все эти названия, уже говорит о том, как часто она про них твердит. - Ты не понимаешь, Алина, это инвестиции в себя, - говорит она поучительно, откидывая голову и тряся своими роскошными светлыми локонами. - И ради кого ты инвестируешься - очередного женатика? - беззлобно подтрунивает над ней Олеся. - Это было один раз! - возмущённо восклицает Люба, и мы все смеёмся. Нам приносят еду, и разговор становится легче, веселее. Мы обсуждаем последние просмотренные сериалы, Люба рассказывает, как ее новый сосед по этажу выгуливает собаку исключительно без рубашки, а Олеся язвительно предполагает, что собака - лишь продуманный аксессуар для съёма. Когда Люба убегает на свою процедуру, Мартынова, откинувшись на спинку стула, щурится на меня из-за солнечных бликов. - А теперь, Алин, - протягивает она с ухмылкой. - Рассказывай, как на духу, что там у вас происходит. - У нас? - переспрашиваю я, стараясь не показать ни удивления, ни тревоги. - У вас с Германом. И с папой Маратом, и с Иваном. И с фирмой. И не надо говорить мне про отношения с Поланским. Я не поверю, что ты так быстро отказалась от своих планов использовать его. Я вздыхаю - эти ее детективные замашки… - Все сложно, - избегаю прямого взгляда. - Это понятно, - кивает она. - Но давай чуть больше конкретики- Иван не отказывается от своих претензий на фирму? |