Книга Развод. Счастье любит тишину, страница 69 – Анна Барс, Юлия Пылаева

И я вижу, что не сработает, потому что гневом пропитаны не только его манера речи, но и каждый жест, поза.

Он даже дышит зло, и я в полумраке через одежду вижу, как быстро вздымается и опускается его грудная клетка.

Он же Стаса в порошок сотрёт…

Я когда в машине рядом с ним сидела, он поэтому и не казался мне опасным, потому что комплекция напоминает скорее старшеклассника, чем зрелого мужчину.

По сравнению с ним Богдан — гора. Причём и мышц, и интеллекта, и чести.

Я пробегаю руками по волосам и чувствую себя загнанной в угол.

— Дело не в том, что я хочу поиграть в мать Терезу, — твёрдо произношу я. — Просто всё намного сложнее, и кулаками ты всё только усугубишь.

Я вижу по Богдану, что сначала он не собирается придавать моим словам значения, но потом, когда они до него доходят, он буквально пронзает меня требовательным, испепеляющим взглядом.

— И чем это я могу всё усугубить? — ставит моё заявление под сомнение он. — Этот слюнтяй ничего мне сделать не сможет даже в своих снах. Я его размажу по стенке. И сделаю это с удовольствием.

Молчу. Под одеждой обливаюсь горячим потом от стресса,но никак не могу подобрать правильных слов.

К чёрту! Буду говорить как есть, иначе отдам Богу душу прямо здесь, на обочине.

Господи, ну почему мужчины такие сложные создания?

Один стоит передо мной после того, как всю душу мне вытрепал любовницей — подругой Дианой, которая теперь, кажется забеременела от святого духа.

Другой решил за мой счёт поиграть с огнём и склонить бог знает к чему, на заднем сидении своей машины.

И это всё поверх развода, который произошёл только сегодня днём!

Клянусь, всё, о чём я мечтаю — это один спокойный день без катаклизмов.

Но чувствую, что в обозримом будущем ничего подобного мне не светит.

— Алиса? — нетерпеливо произносит Богдан.

— У Стаса на тебя есть компромат, — автоматной очередью произношу я и стараюсь не смотреть в глаза Богдану, чтобы не растеряться и не упустить деталей. — Якобы ты в течение двух лет обналичивал деньги с корпоративных счетов на подставные компании.

Наступает тишина, и затягивается она настолько, что я вынуждена посмотреть в лицо Можайскому.

Он стоит передо мной как громом поражённый.

Потом хмурит тёмные брови, мотает головой, словно ушам своим не верит и выдаёт:

— Этот дрыщ, что, возомнил себя бессмертным?

— Можайский, — стискиваю ладони в кулаки. — Даже не думай опуститься до примитивных разборок! Я тебе его адрес не скажу ни за что!

Бывший муж не теряется и ошарашивает меня:

— Тогда я пробью адрес Стаса через связи, — говорит Богдан жёстко. — Разберусь с ним. Надеюсь, ты этого сморчка не боишься? — он впивается в меня внимательным взглядом.

Я стою на месте, как вкопанная, сжимаю ключи в руке и смотрю на него прямо, чтобы тот самый страх ничем не выдавать. Он рядом, не отходит ни на шаг, и в его взгляде не просто злость, а решимость.

Такая, которая одновременно вселяет тревогу и… чувство защищённости.

— Я веду бизнес честно, — продолжает он, понизив голос. — Это мой принцип. Если он сунет липу, то экспертиза моментально это докажет. А если он решил поиграть в опасные игры, то пусть готовится. Я таких, как он, уже видел, и все они заканчивают всегда одинаково.

От его последних слов мороз по коже.

— Богдан… — я снова пытаюсь его остановить, но он настроен слишком уверенно, чтобы менять свой план действий.