Книга Навсегда Чужая.Любовь Агнеса, страница 56 – Айрин Крюкова

— Я так счастлива… — прошептала она, её голос был полон искренней радости.

Агнес улыбнулась ей в ответ.

А я… Я просто стоял в стороне.

Я смотрел на свою жену, на свою мать, и понимал, сколько всего я упустил.

Если бы я только знал… Если бы я только раньше догадался, что она ждёт ребёнка… Я бы не позволил ей уйти. Я бы перевернул весь мир, лишь бы удержать её рядом.

Мать всё ещё не смотрела на меня. Не говорила со мной.

И я понимал почему.

Я был виноват. Виноват в том, что Агнес пропала. В том, что она провела столько месяцев вдали от дворца, от семьи.

В том, что теперь в её глазах не было любви ко мне.

И я не знал, смогу ли когда-нибудь вернуть её.

Я смотрел на них — на Агнес и свою мать.

Мать держала руку на животе Агнес, её глаза были полны радости. А Агнес улыбалась в ответ. Улыбалась искренне, тепло… так, как когда-то улыбалась мне.

Я чувствовал странное жжение в груди.

Я слишком многое пропустил.

Если бы я знал… если бы тогда догадался… Я бы не позволил ей исчезнуть. Не позволил бы страдать в одиночестве, носить моего ребёнка вдали от меня.

Но что теперь?

Я не знал, смогу ли вернуть её. В её взгляде не было той любви, которая прежде всегда была там. Я столько лет не замечал её, не ценил… А теперь она смотрела на меня иначе. Отстранённо. Будто я был ей больше не нужен.

Будто она наконец-то меня отпустила.

Эта мысль резанула сильнее меча.

Я сжал кулаки, прогоняя боль.

Но в этот момент в зал вошёл мой помощник. Он выглядел взволнованным.

Я не отрывал взгляда от Агнес, когда услышал его слова:

—Ваше величество…Украден документ о владении Дракхольмом.

Я резко повернул голову.

— Повтори.

— Документ Дракхольма пропал.

Я медленно выпрямился.

Дракхольм…

Эта земля всегда была объектом войн. Онаграничила сразу с тремя королевствами и считалась ключевой точкой для любого из них. Отец передал её мне в наследство, но сколько раз были попытки её заполучить…

Только один человек мог решиться на такое.

Элизабет.

Злость подступила к горлу, но я сдержался.

Вот зачем она вернулась.

Вот зачем всё это время крутилась вокруг меня, пыталась подобраться ближе. Она знала, что я был слишком занят поисками Агнес, слишком слеп, чтобы заметить её истинные намерения.

Она никогда не любила меня.

Раньше я бы разозлился, почувствовал боль от этого осознания. Но сейчас… сейчас я не чувствовал ничего, кроме презрения.

Я глупец.

Я позволил ей ошиваться во дворце, приходить ко мне под разными предлогами, касаться моей руки, пытаться вновь войти в мою жизнь.

И всё это время она только выжидала момент.

Дракхольм — слишком ценная земля. Теперь, когда документ у неё, она может передать его любому королю, который предложит ей больше.

Я сжал кулаки так, что ногти впились в кожу.

Она играла со мной.

Но теперь её игра окончена.

Я развернулся к своему помощнику:

— Подними на ноги всех. Мне нужно знать, куда она делась. Немедленно.

Тот кивнул и исчез.

Я ещё раз посмотрел на Агнес. Она ничего не слышала.

Это хорошо.

Я не хотел, чтобы она втягивалась в эту грязь.

Элизабет обокрала меня. Она решила, что может вонзить нож в мою спину и уйти без последствий.

Она ошиблась.

Очень сильно ошиблась.

Агнес

Я сидела в гостиной с Императрицей, и мы разговаривали, словно не было этих семи месяцев разлуки.

Я смотрела на неё, и сердце сжималось от осознания того, как же сильно мне её не хватало.