Книга Навсегда Чужая.Любовь Агнеса, страница 48 – Айрин Крюкова

Рэймонд.

Мир вокруг словно остановился. Шок пронзил меня с такой силой, что я не могла ни дышать, ни говорить. Только смотрела на него, чувствуя, как ноги подкашиваются.

Он не отпускал меня, его взгляд был холодным, но в глубине глаз что-то блеснуло — злость, боль, или, может, что-то ещё, что я не могла разгадать.

Я хотела что-то сказать, но слова застряли в горле.

Я не успела понять, что происходит, как его губы прижались к моим. Это был жадный, настойчивый поцелуй — будто он искал в нём спасение, будто задыхался все эти месяцы без меня.

Я замерла от шока, но спустя мгновение инстинктивно начала вырываться, пытаясь оттолкнуть его. Но Рэймонд не останавливался, напротив, он углубил поцелуй, словно боялся, что я исчезну, если он отпустит меня.

— Пусти меня! — прохрипела я, когда он, наконец, отстранился.

Моя рука сама собой взметнулась, и звонкая пощёчина отозвалась в воздухе. Его лицо чуть дёрнулось, но он не отпустил меня, а только крепче сжал моё плечо.

— Как ты смеешь! — выдохнула я, дрожа от злости. Я ненавидела его в этот момент. Ненавидела за то, что он ворвался в мою жизнь снова, разрушив хрупкий покой, который я так долго выстраивала. — Уходи, Рэймонд. Ты мне больше не нужен.

— Я никуда не уйду, Агнес, — его голос был твёрдым, но в нём чувствовалась какая-то странная, болезненная нежность.

Я почувствовала, как его взгляд опустился на мой живот. Его глаза задержались там на мгновение, и я увидела в них то, что не ожидала — сожаление. Это было мимолётное выражение, но я успела его заметить.

Я поспешно прикрыла живот руками, будто пытаясь защитить свою малышку от его взгляда.

— Убирайся! — выкрикнула я, моя злость перехлёстывала через край. — Ты же наконец свободен! Ты ведь этого хотел, Рэймонд, не так ли? Теперь ты с Элизабет! Она же ждала этого столько лет!

Мои глаза наполнились слезами. Я не хотела плакать перед ним, не хотела показывать, насколько мне больно, но предательские слёзы всё равно начали катиться по щекам.

— Агнес... — его голос прозвучал глухо, словно он хотел что-то сказать, но не находил слов.

— Нет, — перебила я его, разворачиваясь и делая шаг прочь. — Уходи, Рэймонд. Уходи и оставь меня в покое.

Но не успела я сделать и нескольких шагов, как почувствовала, как его руки подхватывают меня.

— Что ты делаешь?! Пусти меня! — закричала я, пытаясь вырваться, ноон держал меня слишком крепко.

— Я не отпущу тебя, — ответил он твёрдо, и в его голосе слышалась странная решимость.

— Ты силён, — горько усмехнулась я, продолжая биться, как птица в клетке. — Всегда был сильнее меня, Рэймонд. Но знаешь, что я сильнее тебя? Воля. Я не вернусь к тебе.

Он остановился, и я почувствовала, как он смотрит на меня сверху вниз.

— Ты можешь ненавидеть меня, Агнес. Ты можешь злиться, кричать, плакать. Но я больше не позволю тебе уйти.

— Почему? — выкрикнула я, уже не скрывая своей боли. — Почему ты не дал мне быть свободной тогда? Почему ты ненавидел меня все эти годы? А теперь вдруг решил, что я тебе нужна?

Его взгляд смягчился, и он прошептал:

— Потому что я был слеп. Потому что я был дураком.

Эти слова ударили меня сильнее, чем я могла ожидать. Я перестала вырываться, только тяжело дышала, чувствуя, как по щекам всё ещё текут слёзы.

— Агнес, — продолжил он, глядя мне прямо в глаза, — я не могу позволить тебе уйти. Не теперь. Не после того, как понял, что ты была единственной, кто по-настоящему любил меня.