Книга Навсегда Чужая.Любовь Агнеса, страница 39 – Айрин Крюкова

— Что здесь происходит? — резко спросил я, входя на террасу.

Мой голос заставил обеих женщин замереть. Агнес повернулась ко мне, её лицо было напряжённым, но в глазах мелькала искра гнева.

— Она заслужила это, — выпалила Агнес. — Ты даже не знаешь, что она говорила...

— И это даёт тебе право ударить её? — выкрикнул я, подойдя ближе. — Ты не имеешь никакого права так поступать!

— Я защищала себя! — её голос стал громче, но в нём уже слышались нотки отчаяния.

— Защищала? — я усмехнулся, чувствуя, как во мне закипает злость. — Это ли твоя защита?

Я повернулся к Элизабет, которая стояла чуть в стороне. Её лицо выражало обиду и боль. Она прижалась к колонне, словно искала в ней опору.

— Всё хорошо, — мягко сказал я, подойдя к ней и коснувшись её плеча. — Всё закончилось.

Агнес молчала, наблюдая за нами. Её глаза, в которых ещё недавно горела решимость, стали холодными. Она будто осознала, что я не собираюсь её слушать.

— Хорошо,я поняла,— наконец сказала она. Её голос был тихим, но в нём звучала странная пустота.

Не дожидаясь моего ответа, она развернулась и ушла с террасы. Её спина была прямой, но в её движениях чувствовалась какая-то тяжесть.

Я стоял, глядя ей вслед. Почему-то её уход оставил странное ощущение. Как будто я что-то упустил.

— Спасибо, — прошептала Элизабет, отвлекая меня.

Я посмотрел на неё, но перед глазами всё ещё стояло лицо Агнес. Пустое и чужое, словно она поставила между нами стену, через которую мне уже не пробиться.

"Рэймонд"

Когда я наконец успокоил Элизабет и убедил её вернуться в дом, который я предоставил ей, я чувствовал себя опустошённым. Она просила остаться во дворце, но я настоял, чтобы она уехала. Её поведение начинало раздражать меня — из пустяка она сделала целую трагедию.

Возвращаясь в свои покои, я всё ещё кипел от злости на Агнес. Как она могла так поступить с Элизабет? Да, я был резким, но она заслужила это. Я хотел, чтобы она поняла: её действия неприемлемы. Пусть у неё будет время подумать.

Но когда я открыл дверь своей спальни, меня встретила пустота. Комната была тёмной и тихой. Агнеса не было. На миг меня охватило замешательство. Она что, решила уйти?

Я прошёл к кровати, сел на край и потер виски. В голове вертелась мысль, что она, возможно, отправилась к своим родителям. Если так, то пусть. Пусть остынет, пусть подумает о своём поступке. Она вернётся. Конечно, вернётся.

Но в комнате было слишком тихо. Я снял сапоги и лёг на кровать, ожидая, что сон поможет мне забыть эту напряжённую ночь. Но, глядя в потолок, я осознал, что что-то не так. Кровать казалась непривычно пустой. Я привык, что рядом кто-то есть. Нет, не просто кто-то. Агнес.

Я закрыл глаза, пытаясь игнорировать это чувство. Почему я вообще об этом думаю? Она заслужила этот урок. Она должна понять своё место. Но тишина давила на меня. Я снова открыл глаза, осознавая, что мне не хватает её.

И почему я сейчас думаю о ней, а не об Элизабет? Элизабет. Та, ради которой я готов был свернуть горы. Та, о которой я грезил ночами. Та, которую я хотел спасти от её брака. И вот она здесь, рядом. Я должен был быть счастлив. Но нет. Вместо радости я чувствую... пустоту.

Элизабет больше не вызывает во мне того, что раньше. Даже её прикосновения кажутся чужими. Её слёзы — преувеличенными. Её голос — искусственным.