Онлайн книга «Сдавайся»
|
И ведь не поешь огурцы, как хотелось бы в одиночку. А вот выпить при нем почему-то не стремно. Пусть видит, до чего меня доводит. Отпиваю противную на вкус кислятину, как вдруг он произносит: — Вся одежда, которую ты взяла с собой, чтобы впечатлить задохлика, тебе не подходит. Во взгляде порой больше красоты и секса, чем в обнаженном теле, — это он сейчас намекнул, нет, прямо сказал, что у меня шлюшьи наряды?! — А еще во взгляде можно увидеть посыл туда, где никогда не будет светить солнце. — В Ян-Майен? — чего, блин? — Норвегия. Этот остров признан самым облачным местом планеты. Солнце можно наблюдать лишь тридцать дней в году, — вот же сучоныш начитанный. — Нет, дядь Ярик, посыл не в Норвегию, а в жо-пу, — по слогам проговариваю, смотря в его едва заметно улыбающуюся морду. — В жопу. На случай, если не расслышали в первый раз с такими-то выдающимися ушами, — знаю, что ответочка прилетит, но сдержаться не получается. Поддеть его — это единственное удовольствие на данный момент. И да, на голодный желудок, для такой комплекции как у меня, вино из разряда гадости быстро превращается в радость. Отлично начинает действовать, разливаясь по вена приятным теплом. Недолго думая, снова подношу горлышко ко рту и отпиваю, смотря на Крапивина. — А ведь я сейчас серьезно. Тебе куда больше подошли бы длинные платья. В особенности с каким-нибудь головным убором типа ко… И все. Глоток вина из моего рта оказывается расплеснутым на хозяина дома, стоило только услышать про длинное платье и косынку. Или что там у этого чеканутого в голове. Я правда не понимаю, как я это сделала! Уж точно не специально, ибо хоть временами и дура, но не смертница же! Ну хоть стены не заляпала. Чуть-чуть пол рядом с Крапивиным и самого его. Жаль, что лицо нет. Только пару капель на щетинистый подбородок попало. Остальное — шея и обнаженный верх. Хуже всего, что я совершенно не понимаю реакцию самого чистоплюя. Что его больше тревожит? Стекающие красные капли по груди или те, что на полу? Но их не так что бымного… Он вообще жив или как? Какого черта он остается неподвижным? А может, такая спокойная и молчаливая реакция — это следствие инсульта?! — Улыбнитесь, Ярослав Дмитриевич. Срочно! У вас, скорее всего, инсульт! Надо проверить. И телефон мне дайте. Я скорую вызову. Надо быстрее. Правило золотого часа знаете? — ноль на массу. — Улыбайтесь, скорее! Шутки шутками, но он реально никак не реагирует. Не мешкая тянусь к карманам его пижамных штанов. Да тут и за снотворным бежать не надо. Только его телефон и палец! И, о чудо, нащупываю мобильник. Вот только это оказывается не он, а пачка сигарет! А в другом кармане зажигалка. Супер. Поджечь тут все к чертовой матери, что ли?! Перевожу взгляд на лицо Крапивина. И как только я это делаю, он мне демонстрирует улыбку для стоматолога. Хотя больше напоминает оскал. — Ой, лучше бы вы не улыбались. Вам не идет. С зубами в смысле. Похожи на бешеную собаку. — Ну, разумеется, без зубов тебе бы понравилось больше. — Без пары передних, за ваши противоправные деяния. Остальные можно оставить. Вам как, валерианы накапать? Корвалол? Боярышник? Может, пустырник? — пододвигаю ногу к чистоплюю и вытираю пижамными штанами остатки разлитого вина. И вот сейчас я наконец-то замечаю на его фейсе эмоции. Мол, Софочка, ты долбанутая, делать сие непотребство штанами? — Ну а что? Носков, которыми можно было бы протереть, нет. А мало ли вас реально инсульт от содеянного хватит. Фу, еще грех на душу брать. Лучше так. |