Книга Сдавайся, страница 31 – Наталья Юнина

Каждый шаг дается с трудом и вовсе не из-за дождя и скользкой дороги. Осознание бессилия и факт того, что он наблюдал за всеми моими действиями и несомненно забавлялся — неимоверно удручает. Он мог прийти и сказать в своей идиотской невозмутимой манере что-то типа: «София Вячеславовна, ты узлы завязла некрепко. Давай я тебя научу как надо, когда будешь прыгать в следующий раз. А сегодня льзя, которое нельзя». Фу, блин! Один гребаный день, а он уже в моей голове!

Удивительно, но сейчас он шагает рядом со мной, не обращая никакого внимания. Как будто меня и вовсе не существует.

Когда мы подходим почти к главному входу, взгляд цепляется за собаку, набросившуюся на меня. В тот момент мне показалось, что это что-то массивное, ужасное и злое. По крайней мере, в память впечаталась ее пасть. Сейчас же я понимаю, что, несмотря на свои немалые размеры, собака, больше смахивающая на беспородную, ни капельки не злая. Он хвостом виляет! И, ей-Богу, могу поклясться, что улыбается. Явно не в хозяина.

Засмотревшись на пса, который явно живет не в доме со своими, увы, не стерильными лапами, не замечаю и поскальзываюсь на мокрой траве. Я бы точно расшибла себе нос, если бы шагающий рядом козел не успел схватить меня за плечо. Больно. Наверняка останутся синяки от такой хватки, ноне могу не признать, что это лучше, чем еще и грохнуться на потеху ему и его охране.

— Смотри под ноги. Они тебе еще явно понадобятся, — чтобы снова вдарить тебе в пах? Однозначно.

— А мне кажется, вам было бы лучше, окажись я без них. Тогда бы сидела на месте, — идиотка! И это называется молчать?!

— Ноги нужны не только для того, чтобы ходить. Например, ими можно обхватывать торс. А колени? Как без ног становится на колени?

Это что сейчас было? Ну ты спроси его еще! Давай, нарывайся и дальше. И вот странное дело, я была уверена, что он не смотрит в мою сторону. Но нет. Его показательная незаинтересованность в очередной раз всего лишь видимость. У него все реально под контролем.

Только оказавшись в доме и, разумеется, переодевшись в тапки, понимаю, что я замерзла. Скорее всего, из-за дождя.

— Куда собралась? — молчать. Молчать! — Давай ко мне в спальню, — спокойно. Это просто очередная провокация. — Раз тебе не хотелось спать, иди меняй мне постельное белье.

Я бы непременно послала его на все известные мне маты, но быстро одергиваю себя. Не подпитывать его!

Оказавшись в его комнате, даже не думаю высматривать обстановку, в которой спит этот психопат. Молча заменить имеющееся постельное белье на новое и все. Всеми силами заставляю следовать себя своим же установкам, но это получается с трудом, когда я все же получаю в руки белье, а затем перевожу взгляд на кровать. Вызывайте санитаров. Срочно! Ладно, как-то можно принять тот факт, что имеющееся на кровати белье и предоставленное имеют такое сходство как черный цвет. Но то, что оба шелковые — НЕТ! Куда я попала?

На удивление довольно быстро снимаю белье, на котором, конечно же, нет ни единой крошки, катышков, пыли, не говоря уже о зацепках. Может, он в презервативе спит? Заткнись, Христа ради, Соня. Заткнись, молю. Не думай о нем.

— Не пугай меня, София Вячеславовна. Хватит молчать, — не реагируй! Вот лучше отвлекись на чертов пододеяльник. Нафига он ему летом? — Люблю спать в холоде, но накрытым, — твою мать. — Как думаешь, может ли так быть, что в женщине заложены ген подчинения и независимости одновременно, — думаю, что тебе кранты. Я все папе расскажу. И плевать, что это звучит по-детски. Он тебя в порошок сотрет. — Ну, чего молчишь?