Книга Наследница северных угодий, страница 62 – Лариса Акулова

Насвистывая какую-то весёленькую мелодию ал’Вула уходит, я же остаюсь одна, вновь погружаясь в мысли. Многое нужно обдумать, события в последние дни происходит так быстро, что я не успеваю их проанализировать, следовательно, и сделать правильные выводы тоже, но это необходимо, чтобы избежать ошибок в будущем.

***

Следующие дни идут один за другим, сменяясь с такой скоростью, что мало чего остается в моей памяти о них. Бесконечные занятия, разговоры с Киреном, а также Олвен, которая время от времени появляется со мной рядом, чтобы в очередной раз позлорадствовать. Мне такое поведение сестры кажется очень странным, же выросла с мыслью о том что ничего не изменится, я всё равно встану наследницей, неужели так трудно найти что-то, в чем она бы сама была хороша, избавиться от собственной зависти? Ей это самой помогло бы жить легче. Но нет, эта девушка, которая выглядит как я, словно мы две капли воды, исходит ревностью, злостью и ненавистью, словно я величайшее зло на свете. Если её можно было бы сравнить животным, то никто кроме гадюки не пришёл бы мне на ум.

Но даже от неё я узнаю много интересного, например, что скоро нам придётся отправиться домой, так как состоится зимний праздник солнцецветения, во время которого, как сказала сестра, «ты станешь поганый наследницей». Что ж, это было ожидаемо, что радости от этой новости она не испытает. Словно чувствует какое-то злорадное удовлетворение, видя чужое искаженное в ненависти лицо, которое я ей все-таки продемонстрировала.

В письмах с родителями мои отношения улучшаются. Если вначале я боялась писать что-то, что меня скомпрометирует, то очень быстро понимаю, что на самом деле Нивес любима. Строки писем от матери и отца пропитаны нежностью такой силы, что у меня щемит сердце, когда я читаю. Хоть ещё не разу не видела их, уверена, очень обрадуюсь, когда это случится. Поэтому праздника солнцецветения жду с нетерпением, чтобы познакомиться с теми, кто подарил мне — Нивес — жизнь.

Однако, мысль об этом меня и пугает. А дело все в том, что Кирен мне говорит:

— Ты же в курсе, что будет бал?Помнишь хоть, как нужно танцевать? — С ухмылкой сообщает это мне в один из вечеров, когда мы вновь сидим в моей спальне и обсуждаем прошедший день. — Если ты опозоришься в парном танце, то даже не представляю, что будет. Тем более что именно будущая наследница открывает это мероприятие вместе со своим отцом. Может, нужна помощь?

Танцевать-то я совсем не умею. Дёрганья на детдомовской дискотеке не в счет, это точно не вальс. Пробирает дрожь, только я думаю о том, как отдавлю ноги своему папеньке, пытаясь сделать все эти заумные па. Приходится согласиться с ал’Вулой:

— Кажется, теперь ты ещё и мой учитель.

Подписываясь на занятия с этим парнем, я даже не знала, что меня будет ожидать на следующий же день, когда уроки танцев начнутся.

Неприятности начинаются с самого утра. Вначале ко мне заглядывает Даар, которого я не видела с лазарета, когда попала туда с магическим истощением. Он, как и всегда, одет с иголочки: юбка, очень похожая на шотландский килт, чёрного цвета в красную крупную клетку, белоснежная рубашка, расшитая серебряными звёздами, брошка из золотистого металла в виде солнца с раскинутыми гнутыми лучами. Волосы уложены в высокий хвост, а на руках красуются массивные кольца. Интересно, наг сам по себе такой модник или же приодевается специально для кого-то?