Книга Наследница северных угодий, страница 28 – Лариса Акулова

Откуда-то со стороны дерева, будто издалека, раздался тихий перезвон колокольчиков, своей мелодией напоминающий журчание весеннего ручейка или песнь вернувшихся весной в тёплые края птиц — чисто и радостно. Члены совета встают, а за ними и зрители, почтительно склоняя головы. С тихим шорохом, будто от хлопанья крыльями, появляется в зале и ректор академии, облачённый сегодня в черно-белый сюртук. Правая и левая стороны могли бы показаться клоунскими, но удивительным образом идут этому жесткому человеку, как будто две стороны личности: светлая и темная, пребывающие в равновесии.

— Уважаемый совет, — обращается он к старикам, в почтении склоняя голову. Камни на короне, что украшают его голову, таинственно поблескивают в чуть тусклом свете. — Вас созвали по моей просьбе, как вы знаете. Ранее я не позволял себе такой дерзости, предпочитая не заставлять вас являться, какой бы не была причина. Теперь же, когда в академии появилась девушка, пытающаяся выдавать себе за местную, хочу, чтобы вы засвидетельствовали результат проверки камнями Ки, так ли это или же ложь, иначе, в случае моей ошибки, а, значит, и приговора, меня сместят с моей должности, следовательно, тысячи моих учеников будут подвержены опасности, лишившись защиты Двуликого.

Так. А вот теперь мне становится все чудесатее и чудесатее. Что за Двуликий такой? Ль'Ву ничего не упоминал об этом. Если задуматься, то не рассказал мне вообще ничего об этом человеке. Только имя и известно, а вот кто он, откуда и, самое главное, чего от него ждать — нет. Неизвестность пугает всех. Меня же, оказавшуюся в подобной ситуации, страшит до инфаркта. Боюсь, что если повезёт пройти проверку и выжить после совета, то затем меня совершенно точно хватит удар.

— Господин л’Валд, совет осведомлен о том, как свято вы чтитезакон, — старик покровительственно улыбается мужчине. — Поэтому в любом случае наказанию не подвергнетесь, ведь созыв лишь мера предосторожности, хотя к такому событию, как появление в мире Приходящего нельзя оставлять без должного влияния. Что ж, хватит пустых разговоров. Я, Драун ал’Зида, объявляю слушание открытым.

— Нивес ал’Сандр, по утверждению многоуважаемого ректора, вы являетесь на самом деле Приходящей и не принадлежите этому миру. Вы согласны с этим? — задает первый вопрос, сразу же прямой, без лишних расшаркиваний.

Интересно, он думает, что я прям вот так возьму и признаюсь, просто потому что теперь меня об этом спрашивает совет, а не ректор? Или же старик преследует совсем другие цели?

— Подобные предположения являются не только оскорблением меня, но и всего моего рода, бросает на Северные угодия тень, — не выдавая своего волнения, начинаю говорить. Как там? «Быстрее начнёшь, быстрее закончишь». Вот и сейчас та же ситуация. — Сам господин л'Валд проверил меня камнем Ки. Память была потеряна из-за неосторожного заклинания, а уж точно не по какой-то необычной причине типа переселения души из другого мира.

По залу разнесся шёпот. Удивленный. Будто все они, зрители, не могли поверить в такую дерзость — студентка говорит с советом и ректором, как с равными себе. Я же тем временем продолжаю:

— Дискредитация может дорого вам встать, поэтому прошу лучше выбирать слова.

— Учтем ваши пожелания, госпожа наследница, — с жуткой ухмылкой отвечает за всех ректор. — Но и вам не стоит забывать, чем чревато ваше разоблачение.