Книга Преклонение, страница 4 – Ирина Шайлина

— Ты первый клади трубку. Нееет, ты первый…

Я понимала, ещё минута — и трубку положу я. Просто отберу у подруги телефон и жахну им об стену. Посмотрела на часы —скоро полночь. Демонстративно начала укладываться спать, надеясь, что совесть подруге не позволит мне мешать. Так и случилось.

Заснуть не получалось — слишком сложные решения принимала днем, они давили на меня, душили. И плакать так хотелось, да боялась, что Лия услышит. Всё поймёт, конечно же. Она хорошая, через себя переступит и не станет с Артёмом встречаться. И тогда я окончательно его потеряю.

Я не сразу поняла, что это за звук. Лёгкий стук. Вскинула голову. В общем коридоре даже ночью горели небольшие лампы, и поэтому под дверью была видна полоска света. И если бы там кто-то стоял, его ноги бы я увидела. Никого не было. И жутко даже стало.

— Лия, — позвала я. — Тут полтергейст.

Рукой бы до её кровати не дотянулась, вставать страшно, поэтому легонько толкнула спящую подругу ногой.

— Что? — сонно сказала она. — Где?

Потянулась к телефону, он осветил её лицо, растрепанные со сна волосы.

— Что-то стучалось, — обьянисла я. — Я слышала.

— Сумасшедший! — выдохнула Лия прочитав сообщение.

Бросилась к окну, отодвинула шторы, принялась открывать тяжёлую раму. За окном был Артём. В зубах букет, руками держится за край подоконника, ногами не пойми на чем стоит — третий этаж.

— Чокнутый! — снова восхитилась подруга, вытащила наконец у Артёма цветы изо рта.

— Ваша вахтерша просто цербер, — пожаловался он, влезая внутрь. — Пришлось проникать к тебе более романтичным способом. Привет, Рита.

— А если бы ты упал?

Артём рассмеялся и поцеловал Лию. В губы. Мне краска в лицо бросилась. Я… я тоже так хочу! Чтобы ко мне в окно. Чтобы целовал меня… Лицо горело, я порадовалась, что свет ещё никто не зажёг.

Вышла во вторую часть комнаты, которую мы отделили небольшим шкафом, организовав что-то вроде кухни. Села. Зажгла настольную лампу. Они целуются, а у меня руки дрожат.

— Рит, — позвала подруга. — Можно, на пару слов?

Я уже поняла о чем речь. Обречённо вышла за ней в коридор, длинный, тихий, жутко пустой глубокой ночью.

— И не проси, — категорично отрезала я. — Нет.

— Ну, Рит… Раньше ты соглашалась.

Да, было пару раз, что я куковала на кухне, освобождая комнату для Риты и её прошлого парня. Но сейчас все иначе.

— Лия, — попыталась достучаться я. — Артём твой мажор! Он вполне может снять для вас люксовый номер.

— Ноон же в окно ради меня лез… Я не хочу его прогонять.

И голос такой растерянный. Я сдалась. Вернулась в комнату, не глядя на Артёма, который в одежде развалился на кровати Лии взяла пару книг, плед, и ушла на общую кухню. Села на широкий подоконник, укрыв ноги.

Пыталась не думать, о том, чем они там занимаются. Выходило не очень. Плакать хотелось — сейчас я себе отказывать не стала. А ещё остро хотелось к маме, которая жила за триста километров отсюда, в маленьком городке. Нет, своей бедой я бы с ней не поделилась, но там спокойно так, так хорошо…

На подоконнике стояла пепельница. За курение гоняли, но все равно, студенты, оторвавшись от маминых юбок курили почти все. Одна из сигарет была почти целой — только прикурили и тут же затушили. Я не курила. И брезглива очень. Но тут скрутило просто горечью изнутри. Сигарету я взяла. Закурила от спичек, что лежали у газовой плиты. Курила и слезами давилась.