Книга Вакансия: Мама для Ягодки, страница 49 – Лена Грин

Даша подняла кленовый лист и подбежала показать мне.

— Красивый?

— Красивый, — улыбнулась я, откладывая его в сторонку просушиться.

На лавочке уже лежала целая коллекция для гербария. Начинал накрапывать дождь, а Дашуля всё никак не хотела уходить.

В жёлтой курточке с капюшоном и таких же резиновых сапожках она напоминала мне маленького утёнка.

— Ещё немножко, — она заглянула мне в глаза, взяв за руки. Похлопала блестящими глазками, зная уже, что я не устою.

— Беги, — засмеялась я.

Она хохотнула и прыгнула в лужу. Я достала телефон, сфотографировать её для Ромы, но сзади послышалось:

— Весело тут у вас.

Я обернулась на Ромин голос, поднялась и шагнула к нему. Он улыбался.

— Как… Всё хорошо? — спросила нервно.

— Лучше не бывает.

— Она наша? — из горла вырвался жалкий всхлип.

Рома притянул меня к себе, сдавил в медвежьих объятиях. Выдохнул на ухо:

— Наша.

Я вздрогнула, зажмурившись. Вцепилась в его куртку. Рома поцеловал меня в макушку, а я слушала, как мощно и ровно бьётся его сердце. Из глаз катились счастливые слёзы. Всё кончено.

Дашуля весело вскрикнула, увидев его, и бросилась к нам. Я отпустила Рому, вытирая глаза, а он подхватил малышку и закружил.

Я смотрела на них, чувствуя невероятное облегчение. А потом взгляд упал вниз, и я не сдержала весёлого смеха.

— Откуда ты их взял?

Рома, увидев мой взгляд, рассмеялся.

— В шкафу нашёл.

Господи, я и забыла, что когда-то заказала ему жёлтые резиновые сапоги 46 размера.

— Мне идёт?

— Настоящие отец и дочь.

— Так и есть.

Он поцеловал Ягодку, а она повислау него на шее, накружившись. И такое балдёжное личико у неё было…

— Иди к нам.

Я подхватила листья, прижалась к Роме, и мы пошли домой, туда, где наконец-то начиналась наша новая жизнь.

Год спустя

Рома

— Пап, смотри, тут и диван такой же, как у нас, — Даша аккуратно расставляла крошечную мебель в кукольном домике.

Это была точная копия дома, который мы построили. Его мини-версия. Дома, проект которого Диана зарубила на корню, а Настя назвала мечтой.

— А это будет комната Максима, — она ткнула пальчиком в комнату рядом со своей. — Я уже кроватку поставила.

Мы с Настей переглянулись, она улыбалась, поглаживая живот. Макс в последнее время всё чаще пинался, как будто торопился к нам.

Я накрыл её ладонь своей, успокаивая сына. Давай там, не шали. Уже скоро. Настя, моя хрупкая девочка, просто светилась. Я притянул её к себе, в такие моменты остро чувствуя счастье.

— И мишку ему подарю, — Даша положила в кроватку крошечную версию своего медведя. Надо же, как похож.

Вспомнилось, как чуть больше года назад Диана привела её к нам, такую потерянную, брошенную. Как она шла за ней хвостиком, тянула к ней руки, не веря, что её бросают.

До сих пор сердце кровью обливается.

Мы официально удочерили её, как только Диана исчезла из нашей жизни. Поженились и оформили всё, как надо.

Свадьба была в конце осени, и, будь всё иначе, мы бы выбрали другое время. Лето, весну, сентябрь. Никак не конец ноября.

Но мы слишком торопились узаконить наши отношения, удочерить Дашу, стать настоящей семьёй.

Я никогда ещё так сильно не хотел жениться. И то, что Настя полностью разделяла мои чувства, совпадала со мной во всех самых главных вещах, делало её уникальной.

А потом появились «мама» и «папа». Не сразу, никто не настаивал. Это вышло само собой.