Книга После развода. Кризис 40 лет, страница 46 – Лена Грин

Когда мы наконец собрались уходить, я поняла, что все мои планы вернуться пораньше провалились. Девочки, наверное, уже спят.

В машине наши пальцы сплелись уже как само собой разумеющееся. Я положила голову ему на плечо, и оно казалось мне невероятно надёжным.

Мы приехали, и он проводил меня наверх, девочки и правда спали. Алёна заняла диван в гостиной, и мы старались не шуметь.

— Думаю, Кристину лучше не будить, — негромко сказала я, снимая пальто. — Пусть остаётся у нас.

Он кивнул, и в его глазах мелькнула тень сожаления, что вечер окончен, но также и понимание, что торопиться некуда.

Хотела ли я продолжения? Прямо сейчас, пожалуй, нет. Решиться на большее было непросто. Всё и так прошло идеально.

— Я заеду утром, — его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах, и всё внутри замерло в ожидании.

Его руки мягко легли мне на талию, притягивая ближе. В полумраке прихожей его лицо казалось ещё более выразительным, сосредоточенным.

Он медленно наклонился, и я почувствовала его дыхание на своих губах. Почти вопросительное, как будто дававшее мне возможность отстраниться.

Я не стала. Наоборот, приподнялась на носочки, отвечая на поцелуй. И он был восхитителен, с первого раза, с первого прикосновения. Умелый, опытный, без грубой пошлости. Но такой, что точно заставит вспоминать о себе.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, расходиться не хотелось. Мы стояли, почти касаясь лбами, и он не отпускал меня. Я знала, что он бы с радостью остался, но не собирался наглеть.

— До завтра, — получилось хрипловато.

— До завтра, — улыбнулась я в ответ.

Он ещё раз, быстро и тепло, поцеловал меня в уголок губ, развернулся и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Я прислонилась к косяку, прикрыв глаза и касаясь пальцами губ, пытаясь сохранить это ощущение начала. Настоящего, честного и такого долгожданного.

Я подошла к кухонному окну и увидела, как Дима вышел из подъезда. В последний момент он поднял голову, и наши взгляды встретились. Я махнула ему и улыбнулась.

Он ответил мне тем же, сел в машину и уехал. Чтобы вернуться завтра и окончательно войти в мою жизнь.

Женя

Антибиотики сделали своё дело. Кашель почти прошёл, слабость тоже, но страх того, насколько близка была опасность, отпустил не до конца.

Меня преследовали ночные кошмары. Я снова не мог пошевелиться, лежал абсолютно беспомощный, но теперь вокруг не было никого. Ни Юли, ни даже Лизы.

Она вернулась забрать остатки своих вещей, мы снова наговорили друг другу всякого дерьма, и она свалила с концами. Не жалко. Она была моей самой большой ошибкой.

Как-то так вышло, что тридцать первого я остался один. Совсем. Даже мать к сестре уехала. В окнах дома напротив у людей мигали гирлянды, все спешили куда-то, а меня накрыло дичайшей тоской.

Я принял душ, побрился, и впервые за последнее время стал напоминать нормального человека. Ладно, я жив, на ногах, за остальное можно побороться.

Поехал, купил цветы, подарки, предупреждать не стал, что будет, то будет. Когда наконец поднялся, Юля открыла мне с улыбкой на лице. На секунду даже поверил, что она для меня. Нет, тут же растаяла.

— Привет, — я протянул ей букет. — С наступающим.

— Спасибо, — она слегка растерялась, но букет приняла. — Войдёшь? Соня будет рада. Наверное.

Это «наверное» слегка подпортило впечатление, но я промолчал.