Книга Измена. Спаси меня, если сможешь, страница 88 – Лия Латте

Павел пытался что-то возражать, говорил, что бизнес просто «не пошёл», что он не виноват в экономическом кризисе. Вика сидела с каменным лицом, лишь изредка бросая на меня ядовитые взгляды. Их адвокат пытался оспорить представленные документы, говорил о презумпции невиновности, но доказательства Александра были слишком убедительными.

Особенно когда он представил распечатки из социальных сетей Вики, где она хвасталась поездками и дорогими покупками как раз в тот период, когда Павел якобы «развивал бизнес».

Судья слушала внимательно, задавала уточняющие вопросы. Напряжение в зале нарастало. Я сидела, сцепив руки так, что побелели костяшки. Казалось, этот день не закончится никогда.

Наконец, после долгого совещания, судья вернулась в зал.

— Оглашается решение суда, — произнесла она бесстрастным голосом.

Я затаила дыхание.

— Суд, рассмотрев материалы дела, выслушав стороны, пришел к следующему решению. Признать долговые обязательства по кредитному договору номер 16583, заключенному между банком «Альянс» и Лариной Ксенией Сергеевной, полностью возложенными на Ларина Павла Анатольевича. Право собственности на квартиру по адресу проспект Ленина 69 сохранить за Лариной Ксенией Сергеевной.

Она сделала паузу, обвела взглядом зал суда и продолжила зачитывать решение:

— В связи с выявленными признаками мошенничества, предусмотренного статьей 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, материалы данного гражданского дела передать в следственные органы для проведения проверки и возбуждения уголовного дела в отношении Ларина Павла Анатольевича и Никитиной Виктории Евгеньевны.

Я слушала, и не верила своим ушам. Получилось! Мы выиграли! Квартира моя! Долг с меня снят!

Павел вскочил, что-то крича, его лицо исказилось от злости. Вика сидела бледная, как смерть, её высокомерие испарилось без следа.

И тут произошло то, чего я никак не ожидала. Дверь зала заседаний открылась, и вошли двое мужчин в штатском, но с очень официальным видом. Они подошли к скамье, где сидели Павел и Вика.

— Ларин Павел Анатольевич, Никтина Виктория Евгеньевна, — произнес один из них строгим голосом. — Вы задержаны по подозрению в совершении мошенничества в особо крупном размере. Пройдемте с нами.

Щелкнули наручники. Вика разрыдалась, уткнувшись Павлу в плечо. Он что-то бормотал, пытаясь вырваться, но его быстро скрутили. Их вывели из зала под изумленными взглядами присутствующих.

Я сидела, оглушенная. Арестовали. Прямо здесь. В зале суда. Справедливость… она все-таки существует?

Александр сжал мою руку.

— Мы сделали это, Ксения. Мы победили.

Я посмотрела на него, и слезы, которые я так долго сдерживала, наконец-то хлынули из глаз. Слёзы облегчения, слёзы усталости, слёзы… победы?

Мы вышли из здания суда. Солнце светило ярко, почти ослепляя. Я сделала глубокий вдох. Свобода. Настоящая свобода от Павла, от его долгов, от его лжи. Я должна была чувствовать себя на седьмом небе от счастья. И часть меня действительно ликовала. Квартира спасена, справедливость восторжествовала.

Но почему-то главноймыслью, которая билась в голове, была не радость победы. А он. Андрей. Что он сейчас делает? Знал ли он о суде? Порадовался бы он за меня? Или ему уже всё равно? После того, как он так жестоко вышвырнул меня…

Победа была полной. Но сердце почему-то все равно было не на месте. Оно было там, с ним. С человеком, который сначала спас меня, дал надежду, а потом так безжалостно ее отнял. И эта боль была сильнее радости от выигранного суда.