Книга Измена. Спаси меня, если сможешь, страница 26 – Лия Латте

— Может, здесь, — Наташа указала на декоративные коробки на нижней полке.

Она села на стул, чтобы было удобнее перебирать содержимое. В первой были старые письма и открытки, во второй — какие-то мелочи, но никаких документов.

— Это странно, — нахмурилась я.— Павел всегда хранил только тут всё.

Александр задумчиво осматривал комнату.

— Есть ли ещё места, где могут быть документы? Может, он перекладывал их?

Я беспомощно пожала плечами.

— Ксения, кто ещё имеет доступ в квартиру? У кого есть ключи?

Я замерла, непроизвольно сжавшись.

— Только у меня… и… у Паши… — выдохнула я, ощущая себя так, будто признаюсь в преступлении.

Наташа резко вскочила, стул с грохотом упал за её спиной.

— Ты серьёзно⁈ Ты… ты до сих пор НЕ СМЕНИЛА ЗАМКИ⁈

Я не спала всю ночь. Время тянулось медленно, вязко, как патока. Мысли путались в голове. Ощущение пустоты, сменялось гневом, а затем снова возвращалась пустота.

Утро встретило меня серым светом, пробивающимся сквозь шторы. Я встала с кровати, ощущая себя выжатой. Тело словно налилось свинцом, но мне нужно было идти на работу.

Я привычно собралась, стараясь не смотреть на пустые полки, где раньше были вещи, связанные с Пашей. Вчера я окончательно избавилась от всего, что хоть как-то напоминало о нём.

Когда я вошла в отделение, коллеги уже были на местах. Наташа бросила на меня обеспокоенный взгляд, но ничего не сказала. Только сунула мне в руки чашку кофе. Я кивнула ей, поблагодарив без слов.

Рабочий день начался с раннего вызова — мужчина, 45 лет, резкое ухудшение состояния после удара по голове. Приехав на место, мы обнаружили его в подъезде, он был дезориентирован и жаловался на головокружение. Мы провели первичный осмотр и госпитализировали его с подозрением на сотрясение мозга.

Следующий вызов оказался сложнее: женщина начала задыхаться у нас на глазах, её губы посинели, давление зашкаливало. Мы ввели необходимые препараты, стабилизировали дыхание, а после быстро отвезли её в больницу под наблюдение врачей.

Вернувшись на базу, купила себе кофе в автомате и только я собралась сделать глоток кофе, как планшет взвыл тревожным сигналом.

— 107-я, срочно на вызов! Пожар в жилом доме, нужно подкрепление! — раздался резкий голос диспетчера.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Пожар — это всегда страшно. Это паника, крики, жара, удушливый дым. Мы с Артёмом быстро схватили укладки и выбежали к машине. Дорога заняла всего несколько минут, но мне показалось, что мы ехали вечность.

Когда прибыли, здание уже охватило пламя. Жители столпились во дворе, многие кашляли, закрывая лица платками. Огонь бушевал на верхних этажах, а спасатели пытались пробиться внутрь.

— Там на третьем этаже остался человек! Мужчина! — кричала женщина, размахивая руками. — Он инвалид, не может выбраться сам!

Мы не могли просто ждать. Пожарные были заняты тушением верхних этажей, никто не мог отвлечься. Внизу суетились спасатели, эвакуируя жителей, но времени на долгие обсуждения у нас не было. Визуально огонь не добрался до третьегоэтажа, из окна не было видно ни языков пламени, ни густого дыма.

Я взглянула на Артёма. Он кивнул, и мы бросились внутрь. Поднялись на третий этаж, где воздух уже пропитался гарью, а дым тонким слоем стелился по полу, заполняя лёгкие удушающим запахом. С каждым шагом становилось труднее дышать, но мы были уже близко.