Книга Развод. В клетке со зверем, страница 32 – Милана Усманова

- Верно, - согласился он. - И я рад, если тебе это помогает. Просто не хочу, чтобы ты перегружала себя.

Не хочешь, чтобы я выходила из-под твоего контроля, - мелькнуло в голове. Но я лишь кивнула с благодарной улыбкой:

- Не беспокойся. Я знаю свои пределы.

Илья вошел на кухню, еще сонный, в пижаме, и разговор прервался. Я была благодарна за это маленькое спасение.

Весь день я чувствовала на себе пристальное внимание Романа. Он неожиданно вернулся домой пораньше, застав меня за рисованием с Ильей.

- Это что? - спросил он, глядя на альбом и краски.

- Мы рисуем динозавров! - радостно объявил Илья, показывая свое творение. - Мама помогает мне сделать их реалистичными.

Роман бросил взгляд на мой скетчбук, где я набрасывала карандашом профиль Ильи:

- Ты снова начала рисовать?

В его голосе звучало изумление, почти упрек. Как будто я нарушила какое-то негласное правило.

- Только чтобы показать Илье основы, - я старалась говорить спокойно. - Он очень заинтересовался.

- Хм, - Роман перевел взгляд на сына. - Не уверен, что это лучшее использование его времени. Он мог бы заниматься чем-то более полезным. Программированием, например. Или шахматами.

- Но папа, мне нравится рисовать! - запротестовал Илья.

- Конечно, - Роман потрепал его по голове, но его улыбка не достигла глаз. - Просто не стоит тратить на это слишком много времени.

Он вышел из комнаты, оставив нас с Ильей в неловком молчании. Я чувствовала, как атмосфера изменилась, как радость от совместного творчества испарилась под холодным взглядом Романа.

- Мы можем продолжить, мама? - тихо спросил Илья.

- Конечно, милый, - я погладила его по голове. - Конечно.

Но я убрала свой скетчбук подальше от глаз. Сегодня я была неосторожна. Позволила себе увлечься, забыть об осторожности.

Больше таких ошибок я себе позволитьне могла.

- Ты заходила в мой кабинет, - голос Романа был тихим, но я почувствовала в нем сталь, когда мы остались одни в спальне поздно вечером.

Моё сердце замерло, но я сохранила внешнее спокойствие:

- Что? Нет, конечно.

- Не лги мне, Лея, - он подошел ближе. - Я вижу, что кто-то трогал мои бумаги.

Я была неосторожна, - поняла я с ужасом.Что-то осталось не так, как было. Какая-то мелочь.

- Ты ошибаешься, - я покачала головой. - Может быть, это была домработница, когда убиралась…

- Домработница не входит в мой кабинет, - отрезал Роман. - Ты это прекрасно знаешь.

Я почувствовала, как пересохло в горле. Он подошел совсем близко, его дыхание опаляло мое лицо:

- Что ты там искала, Лея? Что тебе понадобилось в моих бумагах?

- Ничего, - я продолжала отрицать, хотя знала, что он не поверит. - Я туда не заходила.

Его рука взметнулась, и я инстинктивно отшатнулась, ожидая удара. Но Роман лишь схватил меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза:

- Ты что-то затеваешь, - прошипел он. - Я чувствую это. Ты изменилась. Что-то скрываешь.

- Тебе кажется, - я пыталась сохранять спокойствие, хотя сердце колотилось как безумное. - Я просто… я стараюсь быть лучше. Для нас. Для семьи.

Роман смотрел на меня долгим, оценивающим взглядом. Я не отводила глаз, хотя внутри всё холодело от страха.

- Если я узнаю, что ты что-то замышляешь за моей спиной… - его голос упал до шепота, - ты пожалеешь об этом. Очень сильно пожалеешь. И запомни, Лея, - он наклонился еще ближе, так, что я чувствовала его дыхание на своей коже, - Илью ты в любом случае не получишь. Никогда. Он мой сын. Мой наследник. А ты - всего лишь его мать.