Книга После измены. Он тебя любит, страница 103 – Рина Каримова, Валерия Ангелос

— Выписался, — говорю.

— Подожди, — головой качает. — Как — выписался?

— Так, — пожимаю плечами. — Сам попросился на выписку.

Застывает, глядя на меня с явным недоумением.

— Эмир…

— Пустишь? — спрашиваю, шагая вперед.

Она отступает.

— Конечно, проходи, — говорит. — Но тебе лучше в больницу поехать. Вдруг плохо станет? Ты же только на поправку пошел.

— Да нормально у меня все, Вер. Надоело в палате без дела торчать.

— Ну сильно активничать после таких ранений нельзя.

— Я в порядке, — отвечаю. — Но самого важного не хватает.

Вопросительно смотрит на меня.

— Лекарства, — начинает. — Ты же взял все таблетки, которые тебе врач прописывал? Это не шутки, Эмир. Серьезно.

— Да причем тут лекарства, — морщусь.

Шагаю ближе к ней.

— Ну как — причем? Это важно, — замечает с возмущением. — Ты вообще, сегодня таблетки принимал?

— Вера, — подступаю вплотную к ней. — Выходи за меня замуж.

Замирает. Кажется, даже ресницами не двигает.

Внимательно наблюдаю за ней. Считываю эмоции. Смятение. Удивление. Недоумение. И… что-то еще. Что-то такое, что она прячет от меня.

— Что? — выдает наконец. — Нет, Эмир, ты…

— Будь моей женой, — говорю, руки ее сжимаю. — Ты и так моя жена, Вера. Плевать, что мы в разводе. Для меня ничего не поменялось. Только тебя люблю. Всю жизнь так было. И будет. Так чего мы друг друга мучаем? Чего дожидаемся?

— Нет, Эмир, ты, наверное не понимаешь.

— Это ты не понимаешь, — говорю. — Ты когда от меня ушла, вокруг будто свет вырубили. Мир тусклым стал. Без вкуса. Без запаха. Без смысла. Ты ушла, и я будто потерял все, что мне хоть когда-либо было дорого. Важно. Все, что было для меня значимо. Знаю, тогда повел себя как последний ублюдок. Предал тебя. Потому не напирал,не давил. Дал тебе время. Думал, потом легче будет. Мы с тобой как-нибудь договоримся. Ну чтобы не сгоряча, чтобы еще больше дров не нарубить. А ты…

— Что — я? — хмурится.

— Ты еще дальше от меня ускользнула.

— Пусти, Эмир, — пробует отстраниться.

— Нет, Вера, не делай вид, будто я тебе безразличен. Я же видел тебя в больнице. В реанимации. Видел твое лицо. Эмоции. Может и веду себя как кретин, но кое-что соображаю.

Молчит.

— Я все понял, — говорю. — Увидел.

— Что ты увидел?

— Твои чувства. Ничего не поменялось. Мы близкие люди.

— Конечно, не чужие, — плечами дергает. — У нас двое детей. И да, я за тебя сильно волновалась. Ну а как иначе? Кто бы не переживал в такой ситуации?

— Ты же знаешь, о чем я.

— Нет, ты пытаешься выдать…

— Не юли, Вера, — обрываю.

— Эмир, ну о чем ты говоришь? Ты сам себя слышишь? Тебя самого вот сейчас ничего не смущает? Даже если допустить, будто, — начинает и замолкает. — Ты меня предал, Эмир. Этого точно не отменить.

— Один раз было, — чеканю. — Бес попутал.

— Один раз? — брови приподнимает.

— Один.

— Да? — кривится. — Ты так выражался, будто для тебя подобное в порядке вещей. Все так живут. И вообще, никаких вопросов у меня возникать не должно. Много чего мне наговорил.

— Дебил был, — бросаю. — Сорвался. Ты говорила — и я говорил. Но это все ни черта не значит.

— Значит, все твои любовницы теперь резко оказались в прошлом?

— Да какие любовницы, Вер? С любовью там ничего связано не было. И говорю же. Один-единственный раз. Черт знает, что на меня нашло. Даже вспоминать это не хочу.

— Я, по-твоему, совсем дура? Ничего не понимаю?