Книга Любовь длиною в жизнь, страница 91 – Калли Харт

Эзра смотрит на телефон на своем столе, паника написана на его лице, но Шейн и я — стена мышц, стоящая между ним и его спасательным кругом. Он ни за что не позвонит, не пройдя сначала через нас, и, ну... этого просто не будет.

— Я нарушу закон, если отдам вам вещи мистера Тейлора без его разрешения, — говорит Эзра. — Я не имею на это права.

— И мистер Тейлор не имел права подвергать свою дочь физическому насилию в течение семнадцати лет. Но сейчас тут мало что можно сделать, не так ли? Я бы сказал, что перераспределение нескольких коробок с одеждой — это честный поворот, не так ли?

— Не знаю, где вы это слышали, мистер Кросс, но...

— Каллан. Зови меня Каллан. Мы все здесь друзья, верно? — Я хлопаю битой по ладони.

— Да, конечно. Каллан.Я знал Малкольма Тейлора несколько лет. Уверяю вас, хотя он, возможно, и был довольно суровым человеком, действительно не думаю, что он поднял бы руку на свою…

Мне даже невыносимо слышать, как он заканчивает фразу. Я поднимаю биту над головой и обрушиваю ее на его стол. Комната наполняется звуком трескающегося дерева и пластика. Чувствую, как кровь стучит в моих венах, слишком сильное давление в моей голове, когда я пытаюсь успокоиться.

— Если ты знаешь, что для тебя хорошо, — цежу я сквозь зубы, — больше не скажешь ни слова о Малкольме Тейлоре. А теперь, черт возьми, где вещи Корали?

Эзра Мендель сглатывает, его кадык дико подпрыгивает в горле. Шейн смеется себе под нос, широко раскрыв глаза, как будто не может поверить в то, что я только что сделал.

— Господи Иисусе, Кэл, — шепчет он.

— Эзра, я вот-вот совсем слечу с катушек. И меня мало волнует обвинение в умышленном уничтожение собственности. Также как и обвинение в нападении. Я ясно выражаюсь?

Эзра спотыкается о собственные ноги, обходя нас стороной и роясь в верхнем ящике стола.

— Да. Да, конечно. Вот. Вот, возьми это. — Он протягивает ключ Шейну, находясь при этом так далеко от меня, как только возможно. — Внизу есть замок. Коробки помечены.

— Спасибо, Эзра. Ведь это было не так уж трудно, не так ли?

Мы оставляем его там, прижавшегося к стене, белого как полотно.

Шейн толкает меня в плечо, когда я открываю замок на нижнем этаже.

— Ты же знаешь, что он всерьез собирается звонить в полицию, — говорит он.

— Он никому не позвонит. Гордость ему не позволит. — Внутри мы находим то, что ищем, и загружаем коробки в пикап Шейна. — Можем заглянуть в окружной морг на обратном пути? — спрашиваю я.

Шейн делает паузу, бросая на меня настороженный взгляд.

— Зачем? Ты не можешь разгромить морг, Каллан. Это правительственное здание. Это так не работает.

— Не волнуйся, не собираюсь я ничего громить. Просто хочу спокойно поговорить с ними.

— Черт. — Шейн выглядит так, будто у него вот-вот случится нервный срыв. — Знаешь, если меня арестуют, Тина тебя кастрирует. А потом она кастрирует меня, а я люблю свое барахло, чувак.

— Да, эта мысль приходила мне в голову. Я обещаю, что никого не арестуют.

Несмотря на это, я оставляю Шейна в машине у морга. Если эти парни не дадутмне то, что я хочу, у меня может возникнуть искушение устроить сцену, и я действительно не хочу возбуждать гнев его беременной жены. Угрожать людям бейсбольными битами и кричать на клерков морга — совсем не то, что я представлял себе сегодня, когда проснулся раньше, чертовски пьяный, все еще думая, что Корали лежит рядом со мной в постели.