Книга Каролина Кароль, страница 13 – Дарья Волкова

За стеной послышалась музыка. Не убойно, как в прошлый раз, гораздо тише. Но любимые мотивы Ми угадывались однозначно. Каро встала по привычке пружинисто и поморщилась. Ужасно. Ужасно, что нога ее подводит. И от безделья можно с ума сойти. И сестра Леонида сама приглашал заходить по-соседски.

А вдруг там снова коксовое печенье?

Выпечкой у Каролей не пахло. Но Ми улыбнулась широко и, кажется, искренне.

— Привет! Заходи. Лу предупредил, что у вас с ним сеанс вечером. А меня как раз в это время не будет. Так что молодец, что сейчас зашла. Поболтаем. Или… — она запнулась. — Ты из-за музыки, да? Снова громко?

— Нет. Просто зашла. По-соседски, — Каролина не считала, что в данной ситуации ей нужно объясняться и оправдываться. Но именно это и делала. — Умираю от безделья. А мне ничегонельзя.

— Понимаю, — в этот раз улыбка была сочувствующей. — Лу мне сказал, что у тебя нога травмирована. Но больше ничего. Он про своих пациентов ничего не рассказывает. Врачебная тайна и все такое. Кофе будешь?

— Буду. Только без печенья, — Каро все-таки вздохнула. — А то я и так в нагрузке ограничена пока, а форму держать надо.

— А и нет ничего, — рассмеялась Ми. — Некогда вчера было.

Каро устроилась за столом и задала все-таки очень занимающий ее вопрос.

— А мама ваша где? На работе?

Каро не могла представить, где может работать эта маленькая хрупкая женщина. Ну… В библиотеке, например. Ми замерла с туркой в руке.

— Она… Она некоторое время будет не дома, — выдохнула, словно решаясь. — Мама какое-то время проведет в больнице. Только не говори Лу, что я тебе это сказала.

Собственный интерес и вопрос тут же показались Каро бестактными. Зато теперь, кажется, понятно, какие именно обстоятельства у Леонида. У него больна мать? Или есть еще что-то? И почему он не хочет, чтобы об этом знали?

— Извини, — пробормотала Каро. — Я не знала и…

Ее извинения прервал звонок телефона Ми. И дальнейший разговор тоже встал для Каро в череду удивительных фактов. Мия что-то говорила в трубку про звук, минус, саксофониста, время выступления. В общем, по всему выходило, что…

— Ты певица?! — выпалила Каро, как только Ми завершила разговор.

Та звонко и белозубо рассмеялась, поправляя очередную эластичную повязку на волосах — сегодня сиреневую. Сиреневым был и домашний трикотажный костюм из футболки и шаровар.

— Певица, скажешь тоже. Но работаю ртом, ага.

— А где?

— Да так, небольшой джазовый клуб. Ничего особенного, но публика есть, денег платят. Не все ж Лу тащить, — тут она замолчала, словно спохватившись. — Хочешь прийти послушать?

В джазе Каро не понимала ровным счетом ничего. Кроме того, что чернокожие люди его хорошо умеют. Так что и не удивительно, в целом. Нет, все-таки удивительно.

— Хочу.

— Ну, погоди, программу откатаю — и приглашу. Сейчас сыро пока.

Ми встала, чтобы налить кофе. А Каро думала о том, как люди вообще понимают, что хотят петь. Вот Каро петь даже никогда и не пробовала. Кажется, даже в детстве. Не помнил, по крайней мере. Вот танцевать любила. А петь…

— А как ты научилась петь?

Ми подперла щекурукой.

— Отец научил. Не только меня — Лу тоже.

— Леонид… То есть, Лу… поет?!

Нет, это не Кароль, это мешок с сюрпризами. Представить Леонида поющим Каро не могла. Ми — легко, а вот его…

— Он этого почему-то стесняется. Но у него и голос неплохой, и слух есть. Мы детстве дуэтом песни орали только так. Лу и на фортепиано умеет. У него, кстати, неплохой дар импровизации. Когда в настроении — может зажечь. Но я тебе этого не говорила!