Книга Просто моя, страница 82 – Лора Павлов

Она хмыкнула, и он улыбнулся. Я поняла: между ними снова установилось прежнее тепло.

— Похоже, мое слово «нереализованный» тебя задело, да?

— Думаю, да, — пожала я плечами, тянуясь за куском пиццы.

— Я вас слышу. И да, задело. Потому что я очень даже реализован, — проговорил Леджер, полон рта лапши.

— Знаешь что, красавчик… в последнее время ты и правда выглядишь счастливым. Что бы ты ни делал — продолжай. Наверное, это все прогулки. — Она ухмыльнулась, и я почувствовала, как у меня вспыхнули щеки.

Но главное — Нэн снова шутила с ним. А значит, он опять был счастлив.

— Это точно из-за наших прогулок. Особенно когда я делаю маленькие паузы и становлюсь на колени, чтобы потянуться, — сказал он, и я тут же закашлялась: от такого разговора меня будто током било.

Нэн только рассмеялась, а Леджер поднялся и потер мне спину, пока я не отдышалась и не сделала глоток воды.

— Ты радуешься свадьбе? — спросила я, отчаянно пытаясь сменить тему.

— Да. Такое чувство, что мы говорим о ней уже вечность, и мне не терпится увидеть результат. И… я старая женщина. Похоже, это единственная свадьба внуков, на которую я попаду. Так что момент важный.

Леджер поставил стакан и покачал головой, не веря своим ушам.

— Не понимаю, откуда у тебя внезапная забота о том, что мне пора жениться. Ты же никогда не переживала, когда я говорил, что не хочу свадьбы. Почему теперь?

— Потому что я тебе раньше не верила. Думала, ты один из тех самодовольных ловеласов, которые просто раскидываются своим девичьим счастьем. Я и не знала, что ты в это всерьез веришь.

— Это не «раскидываться», а «засеивать дикий овес». Если бы я им раскидывался, я бы был проститутом. А я не проститут, Нэн.

Нельзя было не рассмеяться: он заводился так искренне, что это было почти мило.

— Кого ты пытаешься убедить, мальчик? Меня или себя?

— Это чушь. Все. Закончили. И, между прочим, тебе явно не мешало сводить меня с женщинами в Клубе Голубых Шевелюр. — Он вскинул бровь.

Это был, пожалуй, самый забавный разговор в моей жизни.

— Эй, я сказала, что им можно смотреть, но трогать — нет, — Нэн промокнула губы льняной салфеткой. Сидела такая утонченная, идеальная бабушка — но ругалась как матрос и могла перешутить Дилана.

— Ах да? Ну, по-моему, Миранда Хайвотер это не услышала. Она провела когтями по моей груди так, что я подумывал поехать в больницу: швы накладывать, чуть не распорола меня пополам.

У меня вырвался громкий смех, а голова Нэн откинулась назад.

Все у них будет хорошо.

Мы поболтали еще немного, пока Нэн не объявила, что у нее «на подходе серьезные дела с кишечником», и не выставила нас за дверь. Она фыркнула что-то про то, что Леджеру пора отвезти меня домой и ехать уже к своей «особенной подружке», показала воздушные кавычки и закатила глаза. У меня было ощущение, что Нэн что-то подозревала — поэтому и поддевала его весь вечер. И потому нам лучше держать это при себе. Все боялись, что пострадаю я. Почти неприятно, что никто не волновался о Леджере. Наверное, Нэн видела, как глубоко меня в него затянуло. Но остановиться я ужене могла.

Нэн настояла, чтобы мы забрали всю еду: сказала, что столько не осилит. Мы с Леджером сели в машину и решили по пути ко мне завезти еду на пожарную станцию. Он пошел за мной по лестнице — я провела здесь полжизни. Мой отец — капитан пожарной части, это была его вторая родина.