Книга Стань моей, страница 77 – Лора Павлов

А для меня Эшлан Томас повесила к черту саму луну.

Я подошел сзади, обнял её за талию и поцеловал в шею. Она повернулась ко мне.

— Фу-у-у, пап, не будь противным на кухне! — закричала Пейсли, а Эшлан засмеялась.

— Да, пап, — поддразнила она, приподняв брови, и я поцеловал её быстро, почти целомудренно — ровно в тот момент, как распахнулась задняя дверь.

— Черт, как тут пахнет! Когда ужин? — спросил Хейден, подхватывая Хэдли. Бадди тут же начал прыгать у него на ногах и звонко лаять.

— Ужин через три часа. Почему вы пришли так рано? — спросил я, когда вслед за ним ввалился Трэвис, неся ящик пива.

— Мы проголодались, козл… — Трэвис осекся, глянув на моих девочек, и быстро выкрутился: — Шмупи-пай.

Пейсли запрокинула голову и расхохоталась, а у Эшлан уголки губ задорно дрогнули.

— Да. Я позвонил Эш, и она сказала, что приготовит нам закуски, и мы посмотрим матч, — ухмыльнулся Хейден. Самодовольныйублюдок.

Я глянул на свою девушку, и она как раз открывала духовку — достала два противня: с мини-пиццами и та-кито. Мои братцы вообще совести не имели. Уверен, они сами ей позвонили и уговорили покормить их, потому что в последнее время стали наведываться подозрительно часто.

— Она вам ужин готовит, вы же… картошки тупые, — сказал я, бросив на Пейсли предупреждающий взгляд — мол, даже не вздумай поправить папу, — и попытался изобразить раздражение, но сдержать улыбку не получилось. Этот дом теперь был домом по-настоящему. Мне нравилось, что семья снова собирается вместе. Раньше, когда Карла еще была, они старались не приходить — никогда не знал, какая Карла тебя встретит. Обычно мы с девочками ездили к моим родителям одни: ей моя семья не нравилась. А теперь мы все были здесь и это было чертовски приятно.

— Это я их пригласила, — сказала Эшлан. — Думала, вы посмотрите игру до прихода остальных.

— Да, картошки тупые, — фыркнул Трэвис. — Она нас пригласила.

Когда она поставила поднос на стол, я притянул её к себе и прошептал на ухо:

— Люблю тебя.

Я никогда не был из тех, кто разбрасывается такими словами, но говорить это Эшлан Томас — хоть сто раз в день — всё равно казалось недостаточным.

Эта девушка исцелила меня.

Собрала из осколков.

Сделала целым.

— И я тебя, — сказала она, глядя прямо в глаза.

Чистая вера.

Без тени сомнения.

Вера в мужчину, которому особенно-то и нечего было предложить.

А я, как последний жадина, принимал всё, что она мне дарила.

— Думаю, Пейсли хочет с тобой поговорить, прежде чем ты уйдешь смотреть матч, — с улыбкой сказала Эшлан, и по ее лицу я понял, что сейчас будет что-то.

Пейсли посмотрела на дядей, потом на Эшлан, а я отступил, облокотившись на стойку и скрестив ноги. Дочь снова глянула на Эшлан и захихикала.

— Вчера Билли Грэбер положил мне в шкафчик цветы и вот такую записку, — протянула она листок, где было написано: Хочешь быть моей девушкой? Внизу два варианта — «да» и «может быть». Галочку поставить нужно было рядом.

Этот мелкий козёл даже не дал ей вариант «нет».

И да, ей всего шесть лет!

Я посмотрел на Эшлан — она прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться.

Хейден выхватил у меня бумажку, и оба, он и Трэвис, заржали.

Им, блин, весело!

Этот паренек давнолез не в свое дело. С детсада достает.

— Мне вообще не смешно, — сказал я, глянув на братьев. — Во-первых, он дал тебе два варианта, и ни один не «нет».