Книга Стань моей, страница 35 – Лора Павлов

В груди сжалось.

— Я эгоистичный ублюдок, — сказал я. — Держался подальше, потому что боялся сорваться, перейти грань. Ведь это уже почти случалось. Но да, конечно. Мы можем быть друзьями. Так будет лучше.

Она кивнула, улыбнувшись:

— Я могу с этим жить. Значит, завтра мы идем на воскресный ужин к моему отцу вместе? Не будешь больше настаивать, что поедешь отдельно, учитывая, что мы живем по одному адресу?

Да, последние пару воскресений я именно так и делал — говорил, что встретимся там, и выезжал из дома родителей. Избегал ее у Кэпа, потому что, если бы он понял, как сильно я хочу его дочь… всё, конец. Этот человек был для меня как второй отец, и я не мог предать его доверие. Ну, кроме как в своих фантазиях. Черт, он даже Расти терпеть не мог за то, что тот флиртовал с его девчонками, а ведь Расти хотя бы был их ровесником. Джек Томас точно не хотел, чтобы его дочь крутила с взрослым мужчиной с двумя детьми.

И правильно делал.

Я бы и сам не пожелал такого своим девочкам.

— Ладно. Мы друзья.

— Хорошие друзья, — уточнила она, голосом полным лукавства.

— Пусть будет так.

— Друзья проводят время вместе. Почти все мои школьные подруги уехали из Хани-Маунтин, а те, что остались, только и делают, что бухают по барам. Это не мое. Так что мне нужен новый лучший друг.

Я рассмеялся:

— Меня еще никогда не называли «лучшим другом». Но если тебе от этого веселее, я готов нарушить пару правил.

— Это делает меня счастливой, Джейс Кинг.

— Тогда я весь твой, Солнышко.

— Так ты когда-нибудь был влюблен в Карлу? — спросила я, отпивая ледяной чай. С утра я проснулась голодной, и после нашего разговора о дружбе уговорила Джейса позавтракать вместе в кафе Honey Mountain. Мы ведь друзья, в конце концов.

— Вот черт, ты не из тех, кто ходит вокруг да около, да? — произнес он после того, как проглотил, кажется, самый огромный кусок панкейков, какой вообще может влезть в человеческий рот.

— Я знаю, ты не любитель разговоров, но когда у тебя четыре сестры, разговоров хватает на всю жизнь. А если мы собираемся дружить, нужно узнать друг друга получше. Я, конечно, знаю базовые вещи — мы знакомы уже много лет, — но всё это поверхностно.

Я слышала, что он сказал утром, и уважала его решение. Хотя, если честно, не соглашалась с ним. Но, зная, что он хочет меня так же, как я его, я ощутила хоть какое-то спокойствие. Так что я возьму то, что он предлагает. С крупицей надежды, что всё может измениться.

Мне он нравился.

Очень.

Мне нравилось быть рядом, слушать, как он говорит, как смеется. Я знала — он делает это нечасто. И потому каждый его смех казался подарком.

Он сделал глоток апельсинового сока и шумно выдохнул:

— Нет, я не был влюблен в Карлу. И вообще не уверен, что когда-нибудь был влюблен. Было влечение, было безумие. И мне противно это вслух признавать, но, если честно, Пейсли и Хэдли — лучшее, что со мной случилось. Карла подарила мне самое главное, но между нами никогда не было настоящей связи. Всё началось с физического. Просто ночь. Потом она появилась через несколько месяцев и сказала, что беременна. Я попытался поступить по-мужски, но… там просто не было ничего. Я старался — может, и она тоже, не знаю. Но зависимость — это отдельная война. И я благодарен, что мне не пришлось с ней воевать.