Книга Укради мое сердце, страница 129 – Лора Павлов

— Я хочу рассказать тебе о той ночи, когда умерла Джилли. Хочу, чтобы ты поняла, почему я сейчас прохожу через все это.

Она кивнула.

— Хорошо. Я хочу знать все.

— Думаю, я избегал этого, потому что не хотел нагружать тебя своим дерьмом. Я правда думал, что справляюсь. Но после вчерашнего стало ясно, что все гораздо глубже.

— Я согласна, — кивнула она, держась за мои руки.

— Мы праздновали мой с Эмми день рождения. Родители Джилли были там. Все веселились. Было много друзей, большая вечеринка, понимаешь?

— Вижу это. Вечеринка в духе Чедвиков, — сказала она и всхлипнула, потому что мы оба знали, чем закончится эта история.

— Потом нам позвонили и сказали, что произошла авария. Я был в замешательстве, потому что думал, что она уехала. Но ее родители рассказали, что она хотела сделать сюрприз. Конечно, мы заволновались, но понятия не имели, насколько все серьезно. Нам просто сказали, что была авария и ее везут в больницу. — Я тяжело выдохнул. — Мы всей семьей — и ее, и моей — запрыгнули в машины и поехали туда как можно быстрее.

— Хорошо, что ты был не один, — прошептала она.

— Сначала нам сказали, что ее уже привезли и она в палате, ждут врача, чтобы дать нам информацию. Мы подумали, что все, скорее всего, обойдется. — Я отвел взгляд, потому что ненавидел это воспоминание. Оно мучило меня целый год после смерти Джилли. Потом исчезло. Я больше не хотел возвращаться туда.

Но вот мы здесь.

— Потом пришла медсестра и сказала, что произошла путаница: в аварии пострадало несколько человек. У кого-то были более тяжелые травмы. Джилли на самом деле не была в палате— ее срочно повезли на операцию. Травмы серьезные, но прогноз был положительным. Мы думали, что все не так уж и плохо. Даже представить не мог, что будет дальше.

Хенли смахнула слезы и сильнее сжала мои руки.

— Расскажи.

— К нам вышел доктор Уикер, и я сразу все понял. Это было написано у него на лице. После нескольких часов операции он выглядел полностью опустошенным. Это было все то, чего никогда не хочешь видеть на лице врача. — Я прочистил горло и повторил его слова, которые до сих пор звучали у меня в голове. — «Мне очень жаль. Мы сделали все, что могли. Ее травмы оказались слишком серьезными.»

Я откинулся на спинку дивана, притянув Хенли к себе, пока в голове снова и снова прокручивался самый страшный момент моей жизни.

— Мне очень жаль. Это самый страшный кошмар, Истон, — сказала она, глядя на меня и поглаживая мою щеку.

— Я до сих пор слышу, как закричали родители Джилли после его слов. Мои родители были в шоке. Мама сидела на полу, держала ее маму. А я просто стоял там, как вкопанный. Не мог ни говорить, ни плакать, ни вообще что-либо почувствовать.

— Все по-разному переживают горе.

— Да. И я потом провалялся в кровати несколько дней. Каждую ночь в позе эмбриона, дрожа, прокручивая эти слова снова и снова. Потом я пошел к доктору Лэнгфорд. А в конце лета уехал в юрфак. Полностью ушел в учебу, понимаешь?

— Понимаю.

— И все шло нормально несколько лет. Да, раз в год — в день рождения — я напивался в хлам, вспоминая, что потерял. Но в целом я научился это вытеснять. Пока не встретил тебя. И тогда все изменилось.

— Прости. Мне жаль, что ты не рассказал мне об этом раньше, — прошептала она, поглаживая мою щеку, будто пыталась забрать мою боль себе. И, возможно, у нее это получалось.