Книга Два бандита для матери-одиночки, страница 36 – Бетти Алая

— А если я… соглашусь на ваше предложение, — мнусь, кусаю губы.

— Да, да?! — оба мужчины восторженно глядят на меня.

Вижу, как сильно они хотят, чтобы я согласилась.

— Что это будет значить?

— Мы предлагаем отношения, — Руслан берет мою руку в свою большую ладонь, перебирает пальцы, — обычные, нормальные, человеческие.

— Ну вы же понимаете, что между нами не может быть нормальных отношений? — саркастически улыбаюсь.

— Почему? — Кай удивленно смотрит на меня.

— Нас трое. А обычные отношения — это мужчина плюс женщина, — объясняю на пальцах, но мои слова вызывают у мужчин лишь наглые улыбки.

— Тогда мы предлагаем необычные человеческие отношения, — невозмутимо парирует Рус.

Смеюсь. Как же с ними легко! С виду такие брутальные, жесткие. А со мной как два пушистыхкотика.

— Хорошо, давайте попробуем…

Лина. Моя сладкая мамочка. Как только я услышал страх в её голосе, внутри ожило животное, готовое убивать. А, узнав, что Ромчик забрал пацана, заставил её бояться и переживать, я и вовсе чуть не слетел с катушек.

Только дым из ушей не валил. Бешусь, психую, хожу по кабинету, как разъяренный зверь.

— Спокойно, Ромео, — выдыхает Руслан, который, конечно, лучше меня справляется с гневом, но увлечен мамочкой ничуть не меньше, — Ромчика нужно убрать. Он мешает.

— Ясное дело! — мой рык заставляет дрожать кабинет друга, — так что погнали.

— Семена возьмем.

— Зачем? Я сам ему рожу расквашу.

— Ромчика нужно ликвидировать, но сначала он долг отдаст и отработает ущерб, нанесенный нашей Васе и ее сыну. К тому же, она в детском парке. Предлагаешь ему там морду бить?

— Логично, — я бы ему где угодно хребет вырвал.

— Будет работать на нас. Помнишь Ахмедова? — хитро лыбится Климов.

— Это который вместо девочек за игровым столом клеил молодого крупье?

— Угу, — Рус быстро собирает вещи, черкает смс охраннику.

А я расплываюсь в садистской улыбке. Ахмедов — очень богатая «акула». И мы держим его всеми способам, в казино он сливает нехилые суммы каждые выходные.

— Слово клиента — закон, — зло ухмыляется Климов, — мы с Ромчика три шкуры снимем.

Дальше всё закручивается, как долбаный водоворот. Лишь увидев Лину, стоящую рядом с гнидой, я загораюсь, как спичка. Еле держусь, чтобы не сорваться и не устроить расправу.

А мамочка… такая хрупкая, одинокая сейчас. Я кожей чувствую её обиду. Так что обнимаю, пох, что её бывший здесь. Всё становится неважным, когда она рядом.

Спасти.

Укрыть.

Защитить.

Никогда у меня подобные инстинкты не срабатывали. А теперь вдруг проснулись.

Мамочка почти согласна. Такая милая, напуганная, но в нашем присутствии она становится смелее. Значит, влияем положительно. Раз за разом осматриваю Лину. Красивая. Естественная.

А её пацан вообще чудо. Вылитая Василина. Несмотря на то, что сын не мой, внутри живет желание защищать его.

А его глаза? Забавно, но мне кажется, что они такие же синие, как у меня.

— Давайте попробуем, — как идиот, таращусь на мамочку.

Она согласна! Чувствую себя ребенком, получившим долгожданный подарок. Сильнее прижимаю Лину к себе. Хочетсяощутить вкус её поцелуя.

— Кай… не при сыне, — отстраняется, смущается.

А Сашка с улыбкой глазеет на нас. Подмигиваю пацану, он отвечает тем же.

— Ладно. Давай так. Сейчас мы все вместе садимся в машину, а там разберемся, — встаю, отодвигаю кресло Василины, помогаю мамочке встать, — обопрись на меня.