Книга Машенька для двух медведей, страница 86 – Бетти Алая, Екатерина Антонова

— Будем через полчаса.

Отключаюсь. У меня в груди словно выжженное поле.Перед глазами стоит расстроенное лицо Машеньки. Ну зачем я отвернулся… ЗАЧЕМ? Хочется выть волком. От боли, чувства вины.

— Нихуя не чувствую! — Димка лупит по колесу машины, — Маша… бляядь, какой я мудак!

— Успокойся, — выдыхаю, — сейчас этим делу не поможешь.

— Вон там следы шин, — говорит Димка, — у переулка.

Подходим. Я пытаюсь почуять хоть что-то, но не выходит. Присаживаюсь. Следы яркие, тачка явно быстро сорвалась с места. До сих пор чувствуется запах бензина. А еще едва заметный сладкий аромат.

— Маша, — прикрываю глаза, внутри всё огнём горит, — мы тебя вытащим. А ублюдка этого выпотрошим. Пойдем…

Совершенно разбитые, возвращаемся в машину. Стартуем и через двадцать минут уже стучимся в кабинет альф. Мара с ними. Волчица выглядит разъянной.

— Как вы могли?! — набрасывается на нас, — ПРОСТОЕ СВИДАНИЕ! Ей просто должно было стать легче!

— Ей и стало, — сдавленно шепчу, — она лишила нас медвежьей силы.

— Чего?! — охреневают все волки разом.

— Как? — Наиль подходит к нам с Бероевым, принюхивается, — вы и правда… люди теперь.

— Как это случилось? — округляет глаза Гриша.

Плюхаюсь в кресло, закрываю лицо руками.

— Встретили кое-кого нежелательного, Маша сильно заревновала…

— Подробнее, — Мара говорит с нами жестко.

Описываю ситуацию.

— Значит, она заревновала к бывшей любовнице, которую вы случайно встретили в бутике? — хмыкает она, — так ли случайно?

— Она не могла знать… я вообще не думал, что всё так случится. Забыл уже… одна ночь. И всё. Несколько лет назад. Сам ахуел, когда деваха на меня кинулась. А Маше ничего объяснить не удалось, — сокрушается Дима, — она чуть не прибила девку, но это ладно. Мы теперь остались без силы.

— Потому что в ней сидит первый Ткач. И она уже ревновала своего истинного, в итоге погибла. Маша не смогла удержать в узде чужие эмоции. Марья поглощает её, это очень плохо, — задумчиво говорит Мара.

— Что с Захаром? — спрашиваю у Гриши.

— Мы вскрыли файл. Это стоило нам огромных трудов. И там… в общем, вам лучше сесть.

— Я уже сижу, — рычу.

— Ты тоже сядь, — хмыкает Гриша, и Бероев плюхается в соседнее со мной кресло, — в общем, тот ребенок, о котором вы говорили, действительно погиб очень давно. Его отца ликвидировали.

— Мы…

— Да, вы. Потому что он был ненормальным.Волком без стаи. И сошел с ума. В итоге его сын не выжил. Его звали Захар.

— Но кто этот Захар? Неужели друиды его…

— Да. Они воскресили его, используя тёмную магию. Заплатили кровавую жертву. Сделали то, что им запрещено делать. Нарушили целую кучу правил одновременно. Создали монстра.

— Нам удалось сохранить лишь часть файлов. Потому что на них защита стояла. Как только система поняла, что её вскрыли, они самоуничтожились.

— Что такое этот Захар?

— Порождение чёрной магии. У всего есть обратная сторона, — произносит волчья ведьма, — поэтому его жизнь — сплошная злоба и мучение. Его не должно быть в этом мире. Он лишний.

— Как и Маша… — выдыхаю.

— Верно. Но вашей паре высшие силы дали шанс на искупление. У Захара его нет. Он должен быть уничтожен, берсерки. Я не знаю, как вы вернете силу, но тьма всегда тянется к свету. По сути, они одинаковые, просто по разные стороны. А вы облажались.

— Знаю, — встаю, сжимаю руки в кулаки, — мы найдём её. Весь город на уши поднимем. Спасем Машу. Искупим свою вину перед ней и никогда больше не отпустим.