Книга Машенька для двух медведей, страница 62 – Бетти Алая, Екатерина Антонова

Они галантно кланяются мне. Не знаю, как реагировать. Гриша и Наиль ведут себя мирно. Я чувствую исходящую от них тёплую энергетику. Улыбаюсь.

— Не сказала бы, что в полном, но спасибо.

Наиль внимательно глядит на меня. Затем делает широкий шаг в мою сторону, но перед ним тут же вырастает массивная фигура Димы. Мишка низко рычит.

— Не подходите к ней!

— Спокойно, берсерки, — волк примирительно поднимает руки, — я без злого умысла. Просто хотел рассмотреть ее энергетику поближе.

— Зачем? — чувствую, как мой оборотень слетает с катушек.

Беру его за руку, сжимаю. Пылающая кожа медведя тут же остывает. Встаю и обнимаю своего берсерка. Его буйное сердце успокаивается. Прикрываю глаза.

— Что ты почувствовал? — спрашивает Гриша. — Наиль у нас тонко ощущает колебания в материях. Почти Ведающий.

— Но волчьими ведьмами могут быть лишь самки, — замечает Денис.

Старший мишка тоже очень напряжен.

— Вот я и говорю, почти, — усмехается Гриша, — ну что, может, мы обсудим наши дела?

— Но я хочу знать! — выпаливаю, глядя на Наиля. — Что ты почувствовал?

— Силу Ткача... — выдыхает волк, и все оборотни разом роняют челюсти.

Не успеваю даже моргнуть, как Дэн бросается на Наиля, с огромной силой швыряет его в стену. Весь дом сотрясается. Будь оборотень человеком, костей бы не собрали. Но Наиль лишь рычит.

Пытается встать, но мой мишка хватает волка за грудки.

Гриша делает рывок к старшему, но Дима перехватывает его. Низко рычит, глаза младшего вспыхивают. Что происходит?

— Знаю, что тебе больно это слышать, Громов, — спокойно говорит Наиль, словно не его сейчас огромными лапищами пригвоздили к стене, — но да, это сила Ткача.

— НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! — Дэн стремительно выходит из себя.

А я сижу, глотаю ртом воздух. Ничего не понимаю.

— Вы бы истинную свою пожалели, — сдавленно шепчет Наиль, — она напугана до чёртиков. А вы херней страдаете. Давно пора смириться и дальше жить... даже если ты, Громов, ЕГО потомок.

— Кто это? — тихо спрашиваю, — Ткач? Расскажите мне! Милый! Чей ты потомок?

Подхожу к Денису, обнимаю сзади. Смыкаю руки на его напряженном животе. Он весь, словно факел. Обжигает. Но мне плевать. Я готова перебарывать себя каждый раз, когда он выпускает медведя.

Лишь бы ему не было больно. И грустно!

— Не нужно драться, прошу вас, — шепчу, тыкаюсь лбом между лопаток Дениса, — просто расскажите...

— Ладно, — Дэн отпускает волка, Наиль поправляет рубашку.

— Могу я, если тебе тяжело, Громов, — Гриша и Дима всё еще глядят друг другу в глаза.

— Сам расскажу, — выдыхает Денис, разворачивается и крепко меня обнимает, — прости, Машуня. Просто эта тема больная для меня.

— Но почему? — не понимаю, — объясните мне всё сейчас же!

Медведь ведет меня к дивану, сажает. Целует руки. Гриша опирается на камин, глядит на танцующие языки огня.

— Ткач... это редкий дар, — говорит Наиль, — я бы даже сказал, уникальный. За всю историю оборотней был лишь один Ткач. Точнее была... и она таких дел наделала, до сих пор разгребаем.

— Она убила кого-то? — шепчу.

— Можно и так сказать. Ткач — это девушка, с которой началась история вражды волков и медведей, — хмыкает Гриша, — и лишь сейчас, спустя сотни лет мы кое-как пытаемся найти общий язык.

Денис молчит. Желваки мишки ходят ходуном, а взгляд сосредоточен.

— Это произошло почти тысячу лет назад, — тихо начинает рассказ старший мишка, — когда оборотни жили обособленно,но между собой никогда не враждовали.