Книга Меж двух королей, страница 208 – Линдси Штрауб

Тэмми повернулась к мужчине перед ней. Он смотрел на неё с предвкушением, его глаза были широко распахнуты и полны доверия, а руки крепко обнимали её за талию. Она подалась вперед, коснувшись своими губами его губ.

Он ответил на поцелуй нежно, подстраиваясь под её темп. Мужчина сзади нашел её клитор и начал надавливать, потирая его чувственными круговыми движениями.

Хорошо, Тэмми.

Они втроем поймали общий ритм, целуясь и лаская друг друга в унисон. В их руках Тэмми чувствовала себя так же защищенно, как в руках Каспена, чье присутствие в её сознании было устойчивым и доминирующим.

А теперь позволь им трахнуть тебя.

Тэмми позволила бы им что угодно. В этот момент её единственной целью было подчиняться Каспену, позволить ему говорить ей, что делать. Она не желала ничего, кроме простого удовольствия — радовать его. Это было меньшее, что она могла сделать, учитывая, на что он собирался пойти ради неё.

Василиск позади вошел в неё первым. Тэмми не переставала целовать того, кто был перед ней, не сбилась с ритма, даже когда чужой член глубоко скользнул в её лоно, растягивая её. Она была влажной для них; она была готова. И всё же, прошло много времени с тех пор, как она принимала в себя кого-то, кроме Каспена, и Тэмми невольно задалась вопросом: будет ли так же во время третьего круга Турнира, когда ей придется объезжать всех претендентов одного за другим?

Тэмми ахнула, когда василиск сзади резко вышел из неё. Тут же в неё вошел тот, что был спереди, и в мире снова воцарился порядок. Она повернула голову, чтобы поцеловать мужчину позади, позволяя обоим делать всё, что им заблагорассудится. Они касались её везде: талии, задницы, груди. Иметь две пары рук, посвященных исключительно ей, было стимуляцией, подобной которой Тэмми еще не знала. Она отдавалась этому полностью, выгибая спину им навстречу, отчаянно желая прочувствовать каждый дюйм этого избавления.

Каспен наблюдал за всем этим; его присутствие ощущалось масштабнее, чем сама гора — их великодушныйправитель. Он ласкал себя, пока мужчины трахали её, поглаживая член в ритме их толчков. Тэмми чувствовала его в своем разуме так сильно, будто он сам был внутри неё. Он был вовлечен в процесс не меньше самих василисков, направляя их своими мыслями. Стоило Тэмми только захотеть чего-то, как они тут же это исполняли. Когда она хотела, чтобы её поцеловали — они целовали. Когда хотела, чтобы ей сжали шею — они сжимали. И Тэмми платила тем же. Когда Каспен велел ей что-то сделать — она делала.

Поцелуй его.

Она целовала.

Положи руку ему на грудь.

Она клала.

Запрокинь голову. Дай мне увидеть твою шею.

Тэмми позволяла ему видеть всё, что он хотел — её в любой позе, трахаемую любым угодным ему способом. Василиски действовали размеренно, удерживая её между собой и чередуя свои члены: иногда они входили на несколько минут, иногда ограничивались одним резким, глубоким толчком, прежде чем выйти и впустить другого. Все они двигались синхронно, существуя в пространстве вне времени, существуя лишь ради ощущений. Тэмми едва могла дышать, да и не хотела. Она желала лишь одного — быть заполненной, чтобы её взяли прямо здесь, в банкетном зале, на глазах у всех. Тэмми никогда не будет достаточно: ни двух членов, ни трех. Её сторона василиска была ненасытной, молящей о пресыщении, всегда желающей большего.