Книга Воронья стая, страница 3 – Энн Бишоп

Мег говорила людям, что её рост сто шестьдесят сантиметров, потому что, по её словам, это звучит выше, чем полтора метра с чем-то. Ей было двадцать четыре года, у неё были странные оранжевые волосы, естественно-чёрный оттенок которых стал уже отрастать. Ясные серые глаза, как у некоторых Волков, и светлая кожа. Странная и хрупкая кожа, которая так легко покрывается шрамами.

Она была кассандрой сангуэ, пророком по крови — женщиной, которая видела видения и говорила пророчества всякий раз, когда её кожа разрезалась. Был ли это формальный порез её специальной бритвой или рана, нанесённая острым камнем, она видела видения того, что может произойти в будущем.

Сангвинатти называли таких женщин, как Мег, сладкой кровью, потому что, даже когда они были взрослыми, эти женщины сохраняли сладость детского сердца. И эта сладость, в сочетании с кровью, бурлящей от видений, делала их не-добычей. Она делала их творением Намиды: удивительным и ужасным. Может даже делало их чем-то более ужасным, чем могли представить терра индигене.

Он справится со всем ужасным, если придётся. Пока что Мег была Мег — людским Связным Двора и его другом.

Она начала издавать звуки и дёргать ногами, как будто бежала.

<Мег?> Она не могла слышать речь терра индигене, но он всё равно попытался, так как сомневался, что она видит хороший сон о погоне за оленем. Особенно когда от неё вдруг повеяло страхом. <Мег?>

Намереваясь разбудить её, он прижался носом к её уху.

Во сне Мег слышала, как чудовище подходит всё ближе и ближе. Знакомый звук, ужасный от разрушения, которое, как она знала, последует за ним. Она попыталась выкрикнуть предупреждение, позвать на помощь, убежать от образов, заполнивших её разум.

Когда что-то ткнуло её под ухо, она замахала руками, закричала и изо всех сил пнула. Её нога зацепилась за что-то. В ужасе она пнула ещё раз.

За этими пинками последовал громкий визг и глухой удар, который заставил её вскочить и включить лампу.

Тяжело дыша, чувствуя, как пульс стучит в ушах, она впервые заметила, что прикроватный столик соответствует тому, что она видела перед сном, за исключением того, что маленькие часы рядом с лампой показывали три часа. Успокоенная знакомой обстановкой, она огляделась.

Она находилась не в стерильной камере в резервации, контролируемойчеловеком, который наносил порезы на её кожу ради прибыли. Она была в своей спальне, в своей квартире в Дворе Лейксайда. И она была одна.

Но она была не одна, когда выключала свет несколько часов назад. Когда она засыпала, рядом с ней лежал большой мохнатый Волк.

Схватив как можно больше одеяла, она легла и натянула его до подбородка, прежде чем прошептала:

— Саймон?

С пола по другую сторону кровати донеслось ворчание, похожее на хрюканье. Затем в поле зрения появилась человеческая голова. Саймон Вулфгард уставился на неё янтарными глазами, в которых мерцали красные огоньки, верный признак того, что он был зол.

— Ты уже проснулась? — прорычал он.

— Да, — кротко ответила она.

— Хорошо.

Она успела мельком увидеть стройные мускулы и обнажённую кожу, прежде чем он забрался под одеяло. Она отвернулась от него, её сердце заколотилось от страха иного рода.

Он никогда не спал с ней в своей человеческой форме. Что значило, что он был человеком сейчас? Он хотел… секса? Она не… Она не… Она даже не была уверена, что сможет… Но что если он ожидал?..