Книга Воронья стая, страница 117 – Энн Бишоп

— Это подтверждает кое-что из того, о чём я думал, — сказал Лоренцо.

— Что ещё, Мег? — спросил Генри. — Что случилось после пореза?

— Саймон пришёл, и это был Саймон, — сказала Мег.

Саймон выглядел встревоженным.

— А кем ещё я могу быть?

— Ты был Саймоном, а потом перестал им быть. Ты стал мягким и липким.

Он отпрянул от неё.

— Я этого не делал!

— Ты это сделал! Ты был в порядке, а потом облизал…

Эребус вскочил на ноги с ужасным выражением на лице.

— Мы не пьём сладкую кровь!

Саймон вскочил на ноги, его клыки удлинились.

— Это правило для твоего народа, а не для моего.

— Ты слизывал мою кровь, — сказала Мег дрожащим голосом. — Ты слизал мою кровь, и она сделала тебя больным.

— Не больным! — рявкнул Саймон.

Теперь Мег стояла и смотрела на Монти.

— Вот почему все эти плохие вещи происходят, не так ли? Вот почему Воронам было так плохо, что они не могли улететь.

«Он боится за неё»,— подумал Монти, взглянув на Саймона.«Он не хочет, чтобы она рассказала остальным, что выяснила».

— Не больным! — крикнул Саймон. — Сядь, Мег, и перестань валять дурака, а то я тебя укушу!

— Я не дура, и ты не можешь меня укусить!

— Я могу укусить очень сильно!

С зачарованным ужасом Монти увидел, как ноги Эребуса превратились в дым, одежда превратилась в плоть; увидел, как Влад и женщина-вампир вскочили на ноги; увидел, как Генри возвышается над всеми ними, а его сильныепальцы теперь заканчивались свирепыми когтями Гризли; увидел, как волосы Тесс стали красными с широкими чёрными прядями. Блэр и Эллиот столпились у стульев, встав между вампирами и Саймоном, который был полностью сосредоточен на Мег.

Элементалы были единственными, кто не казался обеспокоенным, и Монти нашёл их любопытный интерес более пугающим, чем быть пойманным в середине ужасной битвы.

Затем Саймон схватил Мег за плечи, не обращая внимания на её испуганный крик боли, и поднял её на цыпочки. Даже тогда ему пришлось слегка наклониться, чтобы оказаться с ней нос к носу.

— Я не знаю, как долго длится безумное женское настроение, когда ты в периоде, но ты не сделаешь ничего глупого, пока не сможешь думать чётко! — крикнул Саймон. — И если ты попытаешься быть глупой, я укушу тебя, несмотря ни на что.

Она смотрела в Волчьи глаза, покрасневшие от ярости. Потом она схватила его за свитер. Увидев, как он поморщился, она, должно быть, вырвала пару пригоршней меха вместе с материалом.

— Мясорубка, — прошептала Мег.

Её глаза, лицо, голос были странно пусты.

Все в комнате замерли.

— Мечта мясорубки, — сказала она. — Нужна боль, нужен страх, чтобы сделать лучшее мясо. Сунуть руку в мясорубку и всё это пережевать. Держите мясо живым, пока вы режете и измельчаете. Он меня найдёт! Он… Саймон!

Он опустился вместе с ней, когда она обмякла, укачивая её на коленях, пока он лизал её щёку.

— Мег? Мег!

Лоренцо протиснулся мимо Генри и Тесс.

— Дайте мне взглянуть.

В какой-то момент Лоренцо стоял на коленях по другую сторону от Мег, глядя на разъярённого мужчину. В следующее мгновение мужчина с Волчьей головой схватил Мег и зарычал на доктора.

— Позвольте мне помочь, — сказал Лоренцо. — Именно поэтому вы согласились предоставить мне офис в Дворе, не так ли? Так я могу помочь?

Блэр положил руку на плечо Саймона.

— Он позволит вам помочь.

Монти поаплодировал мужеству доктора. Он не был уверен, что у него хватит смелости поднести руки так близко к зубам Волка.