Книга Воронья стая, страница 110 – Энн Бишоп

Бёрк подтолкнул через стол листок бумаги.

Монти поднял его и прочёл.

— В следующий раз, когда вы прикоснётесь к тому, что принадлежит нам, это случится со всеми вами, — у него закружилась голова. — Что это?

— Это сообщение было найдено на одном теле. Его записали в блокнот, который, должно быть, носил мальчик. Я думаю, что послание достаточно ясно.

— Саймон Вулфгард этого не допустит.

По крайней мере, Монти надеялся, что Вулфгард не согласится на бессмысленную бойню.

— Помните, как эта странная болезнь появилась несколько недель назад, примерно в то время, когда умер Даррелл Адамс? Тогда мы заподозрили, что в Дворе есть нечто, способное убить взглядом. Если эта тварь теперь хочет стереть с лица земли всех студентов университета Лейксайда, я не думаю, что Саймон Вулфгард встанет у неё на пути, — улыбка Бёрка была яростной и дружелюбной; и в ней было немного жалости. — Вы немного наивны, не так ли, лейтенант?

— Сэр?

— Вы родились и выросли в Толанде?

— Да. Семья моего отца иммигрировала в Таисию из Африках несколько поколений назад и поселилась в Толанде. Большая часть семьи моей матери всё ещё живёт на Грозовых островах.

— Но до сих пор у вас не было никакого реального контакта с Иными?

Монти покачал головой.

— Я даже не знал, что Сангвинатти это название вампиров или что они правят Двором в Толанде, пока не приехал сюда.

— И именно поэтому ты невиновен. Сангвинатти правят Двором Толанда более двухсот лет, — Бёрк выдохнул. — Боги небесные и боги земные, сколько ещё офицеров в Большом Городе не знают таких элементарных вещей?

Уязвлённый, Монти хотел дать отпор, но постарался, чтобы его голос звучал вежливо.

— Нам было поручено поддерживать мир среди себе подобных. Большинство полицейских никогда не вступали в контакт с терра индигене. Здесь всё не так уж и иначе. Этот участок и его персонал — единственные, кто имеет дело с Иными на регулярной основе. Не похоже, что есть какой-то статус в общении с клыкастыми и мохнатыми.

— Клыкастые и мохнатые? — Бёрк сцепил пальцы и положил руки на живот. — С твоей стороны это просто вспышка гнева. Почему я думаю, что эта оплошность никак не связана с ТалулахФолс или студентами университета?

— Мне нужно идти на встречу.

Монти не хотел признавать, что за этой вспышкой гнева стоит звонок, который он получил от Элейн вчерашним вечером. Её речь была невнятной, что заставило его заподозрить, что она беспробудно пила в течение нескольких часов до звонка, и он должен был повесить трубку, так как не было никакой вероятности, что он поговорит с Лиззи в это время. Но он слушал, как она бредит о своём новом любовнике, о том, как Николас Скретч собирается всё устроить и как она с нетерпением ждёт лета, которое проведёт с ним в его родовом поместье в Кель-Романо.

Внезапно он понял, что думал вслух.

— Вы узнали что-нибудь о мистере Скретче или его текущих планах, пока он находится в Таисии? — спросил Бёрк.

Монти покачал головой.

— Меня обвинят в том, что я ревнивый бывший любовник, если Элейн узнает, что я каким-то образом расследую дело Скретча, а из неё уже трудно вытянуть хоть какую-то информацию о благополучии моей дочери.

— Я не бывший любовник, и, учитывая его работу и нынешнюю напряжённость в городах вокруг Великих озёр, у меня есть очень веская причина желать узнать больше о Николасе Скретче и его выступлениях, особенно если он планирует посетить этот район в ближайшее время. И если я решу поделиться этой информацией с кем-то из моих офицеров, это будет просто полицейское дело.