Книга Лезвие бритвы, страница 117 – Энн Бишоп

Монтгомери поспешил вперёд, когда даже человеческие уши услышали, как Блэр роется в аптечке в ванной.

Все трое добрались до спальни как раз вовремя, чтобы увидеть, как Натан шевелит передними лапами, открывая ящики комода и роясь в них. Оставив комод, Волк обнюхал одежду в шкафу, а потом встал на задние лапы, чтобы обнюхать полку над вешалкой.

Покончив с гардеробом, Натан сунул голову под кровать, потом откинулся назад и чихнул.

<Пыль>.

Судя по выражению лица Монтгомери, Саймону не нужно было передавать это замечание.

Монтгомери вздохнул.

— Если бы моя мама заметила пыль, она бы сказала: «Криспин Джеймс, ты не уважаешьсвой дом».

— Криспин Джеймс? — спросил Саймон. — Не Монтгомери?

— Мама зовёт меня Криспин или Криспин Джеймс. Остальные члены семьи зовут меня Си Джей, а друзья — Монти.

— Зачем людям столько имён?

— Не знаю, — помолчав, он сказал: — Иногда имена представляют разные стороны одного и того же человека. Криспин Джеймс — сын Твайлы и Джеймса Монтгомери. Лейтенант Монтгомери — офицер полиции. Один и тот же человек, но люди вокруг меня ожидают и нуждаются в разных вещах от меня.

— У каждого из нас есть одно имя, — сказал Саймон.

— Это не совсем так, — сказал Монти. — Я слышал, что вас называют Вулфгардом, когда другие терра индигенеговорят о вас, как о лидере Двора. А ещё у вас есть Мег Корбин и кс759. Один и тот же человек.

— Нет, — Саймон показал зубы, чтобы подчеркнуть отрицание. — Одна была собственностью. Другая — Мег.

— Тот же человек, но то, чем она была и является, имеет вес и значение для неё самой и для окружающих её людей, — возразил Монти.

«Щенкам кровавого пророка на Грейт Айленде нужны имена, чтобы они поняли, что больше не являются собственностью»,— подумал Саймон, пока Натан быстро обнюхивал ванную и кухню, а Блэр пошёл в спальню. Это надо будет обсудить со Стивом Ферриманом, поскольку Интуит, возможно, уже знает несколько подходящих имён.

Решив так, по крайней мере, на какое-то время, Саймон незаметно наблюдал за людьми. Бёрк не сводил глаз с Волков. Монтгомери, с другой стороны, выглядел так, словно сожалел, что позвонил в Двор и позволил этим чувствительным носам заглянуть во все уголки его жизни.

Блэр и Натан вернулись в гостиную.

— Два запаха, не Ковальски и не Монтгомери, — сказал Блэр. — Мы их не узнаем, значит, в Дворе они не были.

Саймон видел, как напряжение спало с обоих мужчин. Со стороны тех, кому Монтгомери доверял, предательства не было.

— Спасибо за помощь, — сказал Бёрк.

Саймон оглядел квартиру. Здесь нет стаи, чтобы охранять молодых. Некому будет защитить Лиззи, когда Монтгомери придётся заниматься полицейскими делами.

Люди были похожи на липкие лозы. Если ты не убегал при первом же прикосновении, то запутывался всё больше и больше.

Большинство из них были мясом, и всегда будут мясом. Но, чёрт возьми, теперь, когда он смотрел на некоторых из них, он просто больше не видел в них мяса,даже когда хотел укусить их за проступок.

— Хищники нашли твоё логово, — неохотно сказал он, вспомнив, как Монтгомери и Бёрк помогли ему защитить Мег. — Лиззи не может здесь оставаться.

Услышав тихое жалобное хныканье Натана, он добавил с некоторым жаром:

— Но я не хочу, чтобы она играла с Мег или Натаном, пока не поймёт, сколько неприятностей она причинила сегодня, ведя себя как плаксивый человек.