Книга Дорогами Пустоши, страница 37 – Галина Герасимова

– Может, вы знаете, что тьенна Леоне ела или пила?

– Я готовлю обед и ужин, а ела и пила Леоне вместе со всеми. – Магрена выглядела подавленной.

– Мы осмотрим кухню, если вы не против.

– Конечно. – Женщина побледнела еще сильнее и схватилась за живот. Наверняка решила, что и сама могла съесть отраву.

Увы, осмотр кухни ничего не дал. Хотя Бенита поостереглась бы есть шестидневный суп, покрывшийся тонкой серой пленкой. Худшее, что он мог вызвать, – несварение, а никак не снотворный эффект.

Даяна встретила их в коридоре, вцепилась Квону в руку.

– Тьен детектив, это я принесла маме те конфеты, – как на духу выпалила девочка.

– А где ты их взяла?

– У дяди Петри. Он спал, а я подошла и взяла. Всего две штучки, себе и маме. Но мама не разрешила их съесть… – Она всхлипнула и задрожала. – Вы меня теперь в тюрьму заберете? Я же воровка!

Детектив выдержал паузу, заставив девочку поволноваться, а Бениту – с трудом сохранить невозмутимое лицо.

– На первый раз прощаю. Смотри, больше так не делай! – погрозил малышке Квон, и Даяна быстро-быстро закивала. Сейчас она пообещала бы что угодно. – Ну все, беги в комнату. И не переживай, мама поправится.

Стоило девочке скрыться в комнате, как напарники переглянулись. Бенита не ошиблась, конфеты действительно были из одной партии. И если там обнаружится наркотик…

– Я доложу Форцу и затребую доступ в Пустошь, – хмуро сказал Квон. – Отравление Леоне, похоже, роковая случайность, а вот что касается Петри…

– Кто-то убрал свидетеля, – заключила Бенита.

– Или соучастника, если Петри разработал «красавицу» и стал больше не нужен, – уточнил детектив. – Меня больше беспокоит, что тот, кто принес конфеты, достаточно хитер, чтобы обмануть алхимика и убить созданным им же наркотиком.

Бенита вздохнула. Второй визит ничего не прояснил, а еще больше все запутал. Так или иначе, дело «спящей красавицы» обретало серьезный поворот.

У входа в управление пришлось притормозить: дорогу перекрыл экипаж. Старинный, не лишенный лоска кеб, запряженный парой отменных лошадей в яблоках, с дремавшим на козлах кучером в ливрее, невольно привлекал к себе внимание. Стражи оглядывались, но обходили препятствие стороной. У кеба стоял средних лет мужчина и внимательно разглядывал входящих. Его внешность почему-то казалась знакомой: волевой подбородок, щеточка усов, тонкие губы… Отец!

Бенита оказалась совершенно не готова его увидеть. Он сильно постарел, а может, это память сыграла дурную шутку? Девушка не помнила столько морщин на его лице, и виконт будто стал ниже ростом.

Мужчина тоже не бросился к служебному паромобилю, чтобы заключить дочь в теплые объятия, а безразлично скользнул взглядом. Только заметив неприкрытый интерес, прищурился, окинул девушку с ног до головы взглядом и, кажется, наконец-то узнал.

– Бенита? – все же не сдержав вопросительной интонации, сказал он.

А вот голос у него почти не изменился – низкий, с приятной хрипотцой. У Бениты комок в горле встал, стоило вспомнить, как в детстве отец ласково трепал ее по голове, называя своим сокровищем и принцессой. До похищения, перевернувшего ее жизнь. Как давно это было!

– Виконт Дениш… – Она подошла и склонила голову, хотя правильнее было бы присесть в почтительном поклоне. Но в служебной форме это выглядело бы по меньшей мере глупо.