Книга Дорогами Пустоши, страница 20 – Галина Герасимова

Дочитав письмо, Бенита не смогла сдержать улыбки. Отчим был в своем репертуаре, вроде и пожурил, но без подсказки не оставил.

– Из дома? – с пониманием посмотрел на письмо Квон.

– Да. Я забыла отправить с вечера записку, что добралась нормально, и матушка волнуется. – Девушка махнула рукой, и вестник тотчас опустился ей на плечо, сложив механические крылья. Он сильно запылился в дороге. – Пойду напишу ответ, пока она не приехала сюда с розыскным отрядом.

– Все настолько серьезно?

– Однажды я единственный раз задержалась на свидании, и моего кавалера схватила стража, чтобы допросить, – ответила Бенита, давая оценить масштаб проблемы.

Тот вечер вправду стал незабываемым, как и обещал незадачливый ухажер. Когда бы еще она провела последние часы свидания в участке, доказывая целителю и детективу, что ничего плохого с ней не случилось?! Все-таки иногда Марисса перегибала палку. Впрочем, Бенита понимала: она предпочитала перестраховаться, чем еще раз потерять дочь.

Квон посмотрел на часы.

– Как напишешь, приходи на стоянку. У нас чуть меньше часа до начала работы. И не ворчи, ты ведь рада этому письму, – добавил он ей вслед.

– Это ты прочитал по моему эмоциональному состоянию?

Для менталиста оценить внутреннее самочувствие человека сродни ритуалу приветствия. Хотя многие обижались, что менталисты лезут в чужую душу без спроса.

– Это я увидел по твоей улыбке во время чтения письма, – прозаично ответил Квон и выразительно постучал пальцами по крышке часов, напоминая о времени.

В управление Бенита входила со страхом. Она понятия не имела, написала ли тьенна Юфони жалобу на ее вчерашнее вмешательство и уход в Пустошь за юной баронессой, и потому старалась не попасться начальству на глаза. Глупая привычка, оставшаяся с Академии магии, там нарушения правил частенько сходили с рук, стоило ненадолго залечь на дно. Здесь же ошибки переставали быть проказами, о которых могут забыть.

Но то ли жалоба задержалась в пути, то ли баронесса была слишком занята с дочерью, итог оставался один: к начальству на ковер никто не вызвал.

Зато случилось не менее важное событие, разом перечеркнувшее все планы на сегодняшний день. Когда они дошли до кабинета, к дверям подскочил какой-то рыжий вихрастый стажер.

– Тьен Квон, утром обнаружили труп в квартале Кожевников, из наших подозреваемых. Тьен Гарт уже выехал, патрульные на месте, но я предупредил, чтобы ничего без вас не трогали, – доложил он детективу и с вызовом посмотрел на Бениту. Судя по тому, как воодушевленно парень рассказывал о деле, он надеялся после окончания стажировки устроиться к Квону напарником, а хаврийка взяла и заняла чужое место.

– Кто именно? – нахмурился детектив, открывая кабинет.

– Петри Торфяник. Помните, в записях по делу говорилось, у него еще два тюремных срока было? Год назад вышел.

Квон перебрал несколько папок на столе, пока не нашел нужную. На первом листе был изображен суровый на вид мужчина средних лет с бельмом на глазу и сломанным носом.

– Кто его обнаружил?

– Домовладелица с утра заметила, что он не вышел к завтраку, заглянула и подняла шум. Вы поедете или послать вестника, чтобы забрали труп?

– Съездим. – Стажер было обрадовался, что берут его, а не напарницу, но дальнейшие слова Квона вернули его с небес на землю. – Дениш, ты как, к трупам привычная?