Книга Хозяйка ворон и железный доктор, страница 91 – Галина Герасимова

Сестра страдала от аллергии на любые орехи. Даже от крошечного орешка во рту она начинала задыхаться и покрываться пятнами. И Дафна прекрасно это знала.

Это выяснилось, когда Кайле и Минте было по пять. Дафна испекла ореховый торт, а близняшки прокрались на кухню, чтобы первыми попробовать лакомство. Они не трогали торт – только слизнули крем с неосторожно оставленного ножа. Кайла вспомнила, как сестра схватилась за горло и начала скрести его пальцами, судорожно пытаясь вздохнуть, а Кайла ничего не могла сделать и отчаянно кричала, зовя на помощь.

Луис, похоже, этого не знал. Морщинка между нахмуренных бровей разгладилась, он как-то вздохнул, расправил плечи. Между тем Дафна поставила перед ним чашку чая и новую тарелку с вафлями перед Кайлой.

– Сегодня такая радость! Госпожа Фрейя возвращается. Вы, наверное, очень счастливы? – спросила она, уводя разговор подальше от опасной темы.

– Очень, – согласился Луис, сделав глоток, и тут же высыпал целый ворох наставлений, что надо сделать за их отсутствие. Как в известной сказке о девочке, которая очень хотела попасть на бал, но сперва исполнить пожелания злобной мачехи.

На взгляд Кайлы, Луис перегибал палку: она сомневалась, что после выматывающего дня в дороге Фрейе будет дело до блеска посуды или накрахмаленных передников.

– Паромобиль еще не починили, так что поедем на омнибусе. Погода нам благоволит, успеем. А если опоздаем, Фрейя подождет в порту, – закончив с Дафной, обратился Луис к жене.

– В порту? – Кайла понадеялась, что ошиблась.

В горном Ансельме был только один порт – воздушный. Он располагался за чертой города в специально отведенном амбаре. И останавливались в нем чертовы дирижабли. Почему-то Кайла была уверена, что Луис повезет ее к поезду. О том, что придется ехать в порт и встречать воздушный корабль, они не договаривались.

Все десять лет после аварии она избегала дирижаблей. Слишком ярко перед глазами вставали тлеющие обломки, собственное падение и боль в спине – поначалу такая, что сходишь с ума, а затем – ее полное отсутствие, когда нет ни рук, ни ног. А вокруг – черный остов, запах гари и изломанные фигуры на снегу, в которых Кайла не хотела признавать погибших пассажиров.

* * *

Кайла стоит у самого края скалы. Кажется, один лишний вздох – и она полетит вниз. Широкие женские штаны – мода из Хаврии, зато удобные! – полощутся на ветру, а рубашка, напротив, из-за ветра облепляет тело.

– Ты что, совсем бесстрашная? – Рейн обнимает ее со спины. Он только проснулся и, не обнаружив ее рядом, заволновался. Из пещеры, которую они сегодня приспособили под ночлег, уступа было не видно. – Почему ты всегда так безрассудна?

– Не всегда, я тоже умею бояться, – ворчит она, но поддается ему и отступает от пропасти на шаг.

– И чего же ты боишься? – Горячее дыхание щекочет кожу.

– Дирижаблей. – Она запрокидывает голову и разглядывает рассветное небо: нежно-голубое, пронизанное розовыми полосками. Одно из облаков напоминает ей летучий корабль, и Кайла ежится, сильнее прижимаясь к Рейну. – Я очень их боюсь.

– Шутишь? – фыркает он ей в шею, не веря, что она серьезно.

– Нисколько. Едва вижу, забываю, как дышать. Хорошо, они летают здесь редко, чаще через перевал…

* * *

От одной мысли, что придется находиться рядом с дирижаблем, Кайлу затрясло. Нет, она не хотела ехать в порт. Может, притвориться, что ей стало плохо? Да тут и притворяться не придется! Во рту стало сухо, а сердце зашлось в мучительно быстром ритме.