Книга Хозяйка ворон и железный доктор, страница 111 – Галина Герасимова

Кайла окончательно похоронила надежду вытащить отель из той дыры, в которой он очутился, теперь же эта проблема и вовсе отошла на второй план – в первую очередь надо было обезопасить домашних и гостей.

– Нет. Птицелюд оторвал бы голову. А здесь разрез, – уверенно заявила она, видевшая, и не раз, как Хорг расправлялся с дикими зверями и монстрами. – Ланти, срочно позови Беннета. В доме убийца.

Уже договаривая, она заметила краем глаза смазанное движение и инстинктивно дернулась в сторону – жизнь в горах приучила быть осторожной. Немного не успела. Изогнутый, как клык, нож проехал по позвоночнику, разрезая халат и высекая искры. Застрял где-то между пятым и шестым позвонком, а сама Кайла вывернулась из рук спятившей служанки, отчаянно пытающейся этот нож вытащить.

– Сдурела?! – рявкнула Кайла и тут же отлетела к стене.

От удара нож вошел глубже, и у нее выбило дух. Любой нормальный человек больше не смог бы двигаться, будучи парализованным или мертвым – как повезет. Но Кайла, пошатываясь, встала на ноги. Нож в спине мешал, и позвоночник наверняка придется чинить, а делать это без Урха было чертовски неудобно.

– Да кто ты такая? – злобно ощерилась Ланти, хватая со стола самый обычный нож для бумаг. От неуклюжей служанки не осталось и следа, каждое движение было четким и выверенным.

– Хочу спросить тебя о том же самом.

– А я хочу, чтобы ты наконец сдохла! Что ж ты такая живучая?

Она бросилась на Кайлу, зажав в руке нож. Удары сыпались один за другим, причем метила Ланти в корпус, голову и горло. Кайла умела защищаться, да и нож для бумаг – сомнительное орудие для убийства, но в горничную будто демоны вселились.

– Ты должна была помереть в домике в горах! Я же проверила, ты выпила снотворное, а дверь была заперта. Кто тебя вытащил? Этот твой доктор? Откуда только взялся!

Ланти подставила ей подножку и повалила на пол, метя ножом в глаз. Сдерживать лезвие приходилось руками, и кровь струйками побежала по коже.

– Кроу! – крикнула Кайла.

Перед опешившей горничной возник черный туманистый клок, на лету превращаясь в ворона. Длинные острые когти впились ей в лицо, вспарывая кожу, отвлекая убийцу от хозяйки.

– Прочь! Пошел прочь!

Служанка попятилась, пытаясь отогнать ворона в сторону. Шаг, другой. Она отступала от Кроу, тщась попасть по нему ножом, пока не споткнулась о распростертое тело Рюдигера. Неловко взмахнула руками и упала спиной назад, прямо на оконное стекло. Под ее весом оно треснуло и рассыпалось на тысячи осколков, раздался глухой удар.

Кайла подошла к окну: горничная лежала на мокрой после дождя брусчатке, и капли дождя смешивались с кровью. Желание ущипнуть себя, чтобы проснуться, стало почти нестерпимым, но для абсурдного сна было слишком больно.

Руки кровили от мелких порезов до серьезных ран; пострадала спина. Нож застрял в протезе. Можно было расплавить лезвие и позволить металлу стечь, но она сомневалась, что сможет направить его точно по позвоночнику и не сожжет при этом половину кожи.

Кайла извернулась и все-таки выдернула нож – за считаные секунды до появления стражи. Один позвонок зацепила, и по спине потекла кровь, что-то хрустнуло, но двигаться это не мешало. А вот руки болели, но залечить глубокие, до кости, раны было проще, чем восстановить поврежденный позвоночник. Главное, что пальцы сгибались. По крайней мере, сухожилия ей не повредили.