Книга Руки прочь, Эйдан Линч!, страница 38 – Алина Рейн

— Вот так новости! — входная дверь хлопнула, и в гостиной возникла Кендра, с хищным интересом разглядывающая мои горящие ладони, которые я никак не могла потушить.

Дыхательная гимнастика в такой патовой ситуации мною была успешной забыта!

— Ну, раз у всех в бокалах есть вино, тогда хочу кое-что объявить. Мы с Никки решили начать встречаться.

В какой момент бокал лопнул в моей руке я так и не понял. Ладонь пронзила боль, но сознания она не коснулась, зато вниз к запястью потекло что-то липкое и теплое.

Больше всего меня волновало другое. Гнев вскипел в крови со страшной скоростью. В этот миг я вдруг понял, что не прочь свернуть шею ублюдку, по недоразумению называвшимся моим другом.

Встречаться⁈ С Никки! Я подозревал, что Август неровно дышит к малышке, но никогда не думал, что она сама захочет отношений с ним.

Впрочем, судя по всему, она и не хотела. Как еще объяснить, что девушка подскочила, будто вместо ладони до неё коснулись раскалённой кочергой? На пол полетели бокалы, посуда и еда. Бутылка расплескала свое содержимое, когда приземлилась на ковер и пару раз крутанулась вокруг своей оси, а сам я избавился от осколков и сжал ладонь, чтобы хоть как-то остановить кровотечение.

А потом я и вовсе опешил, ведь руки Никки вспыхнули пламенем к жёсткому удивлению меня, Августа и Кендры, которая пялилась на это чудо с видом голодной самки удава. Неосторожное движение — и проглотит, не подавившись.

Но вернемся к странному пробуждению магии у малышки. Первой моей мыслью было — да ладно, и как я проморгал⁈ Второй — нет, я бы заметил. Третьей — никогда не видел ничего прекраснее!

— Вот так новости! — Кендра едва не задохнулась от предвкушения.

Уверен, если её не остановить, к утру о Никки не будет говорить разве что ленивый, глухой, импотент и инвалид, и всё это в одном лице. Выражаясь проще — её личность и неожиданное проявление огненной стихии прополощит весь институт. Этого нельзя допускать.

Друг перехватил мой взгляд и процедил сквозь зубы:

— Я разберусь.

Причем по решительному блеску его глаз я понял, что сейчас Эйдан шутить не намерен и непременно доведет дело до конца. Пусть он иногда и хочет произвести обратное впечатление, дураком он всё же не был, и понимал, что болтовня Кендры нам сейчас не нужна. Ну и пусть разбирается, в его успехе я был уверен.

А вот кровотечение и странная боль в районе сердца, которую вызвали слова Августа, меня уже доконали. Я пересек гостиную, стараясь не смотреть по сторонам, не встречаться взглядом смалышкой, и решительно вошел в ванную, закрыв за собой дверь.

— Ты ведь сама согласилась… — донесся до меня голос Августа.

Стало ещё больнее. Закурить бы, но сигареты остались в моей спальне… Подойдя к раковине, я открыл кран и решительно подставил ладонь под поток воды, чтобы она смыла и кровь, и воспоминания. С последним было в разы сложнее.

Впервые я увидел малышку больше года назад, когда она, закусив от напряжения губу, изучала расписание занятий для первого курса, выведенное на листке бумаги рукой секретаря ректора. Миниатюрная, беззащитная, в очках, которые на её личике смотрелись чужеродно, но не отталкивающе. Она не обращала внимания на стайки студентов, собравшихся на площадке перед главным входом в институт, и вот так, читая, поднималась по мраморным ступеням.