Книга Свежая кровь, страница 77 – Евгения Озерова

Настя и Кот-Ученый стояли на перроне Большой Волги, ожидая московского экспресса. Их провожал дядь Толя, который не мог простить себе, что пропустил самое интересное. Как оказалось, еще позавчера, прямо перед приходом Маргоши, ему позвонила жена и напомнила, что вообще-то в понедельник он собирался только подкинуть ребят в Лукоморье — и сразу домой, в Ручьи: никакой ловли шпионов и прочих приключений не подразумевалось в принципе. Аргументы хозяйки были, видимо, крайне убедительны, раз он сразу уехал, не дождавшись пробуждения Насти. Она же чувствовала теперь себя несколько смущенной: сначала посчитала, что он ушел по каким-то своим делам, а потом навалилось столько событий, что даже не вспомнила о нем.

Теперь дядь Толя забрал их из поселка и отвез в Дубну, по пути добившись от эксперта и Насти подробнейшего рассказа о ночном бдении на лесном берегу и удачной поимке туриста. Рассказ сопровождался то восхищенными, то испуганными восклицаниями лешего, а также его причитаниями о том, как зря он послушался жену.

Наконец электричка показалась вдали, застучала колесами, подъезжая, и остановилась. Настя с экспертом поочередно обняли лешего, она обещала бывать в ответ на приглашение дядь Толи, и они вошли в вагон.

За окном смеркалось, но она не собиралась интересоваться пейзажами в этом долгом пути до Москвы: назрело много вопросов к аналитику. И ответить на них он мог, Настя была в этом уверена: после того, как туриста доставили в ОФСБ, Кот-Ученый остался с Черномором. Она же сразу пошла спать и проспала почти сутки — проснулась только вскоре после того, как учитель вернулся. Судя по всему, он успел рассказать все подробно дедушке Филофею, дожидавшемуся его на кухне — уж очень у того был довольный вид, уж очень восхищенно бормотал он, пока они собирались: «Эх, какая песня-то будет, какую песню спою!» И, кстати, он предупредил внучка напоследок, что позвонит, как только принесет от Самих сказку. Если передать захотят, разумеется.

Настя очень ждала ответов и, конечно, обиделась, когда эксперт, усевшись в удобное кресло экспресса, сразу заявил:

— Ты выспалась, а я почти не спал. Нам вредно так долго бодрствовать, нервная система на такое не рассчитана. Я так понимаю, завтра или послезавтра у Хватова будет совещание, ты априори приглашена,значит, там все и услышишь.

Она демонстративно отвернулась к окну, и аналитик смилостивился:

— Ладно. Давай только побыстрее, правда. Я очень устал. Что интересует больше всего?

Настя подумала и выбрала:

— Ты сказал там, в лесу, что у туриста все пошло не так, верно? Что у него был совсем другой план, а теперь он вынужден все сворачивать, хотя где портал — узнал. Это… хм… подтвердилось? И каким план был изначально?

Кот-Ученый поморщился.

— Настя, вот сейчас ты должна отчетливо понять две вещи. Первая — очень многого по-прежнему не знаю я сам, не знает Черномор и не знает пока никто, кроме самого туриста. Просто потому, что расследование дел такого уровня не касается ни начальника районного отделения ФСБ, ни тем более начальника заставы, коими наш майор является. Наша парочка только утром передана Черномором более компетентным товарищам в Москву — прибыли нестационарным порталом. Я могу сообщить только очевидное, а также то, что уфолог успел выболтать, а турист — подтвердить прямо или косвенно. И вторая вещь, гораздо более важная. Насть, вообще-то все, что с нами произошло, и все, о чем мы сейчас говорим, подлежит подписке о неразглашении. И я не сомневаюсь, что нам придется ее дать. Ты отдаешь себе в этом отчет?