Онлайн книга «Свежая кровь»
|
Политобозреватель восхищенно покачал головой: — Неплохо, неплохо! Очень даже! А почему тогда не в театральный? — Потому что в тринадцать лет я вообразила себя крутым видеоблогером, — вздохнула она: вспоминать об этом не хотелось. — Сделала два стрима — о преподавании в нашей школе и о работе свинофермы — что отходы в речку сливают… — Понятно… Вскрывала недостатки, так сказать! — Ну да. Разразился скандал, даже хотели выпереть из школы, — скороговоркой произнесла Настя. — Но бабушка договорилась с одним дальним знакомым, и меня взяли корреспондентом в подростковую программу на областном ТВ. Потом ведущей стала. — Ясно-ясно. И там ты со всем юношеским максимализмом рубила правду-матку! — Ой, да не было там ничего такого! Это же областное ТВ для подростков! В лучшем случае слеты ролевиков показывали, а так — предметные олимпиады, вахты памяти, еще какую-то фестивальную фигню… Из положительного — я на селе и в школе неприкосновенной стала, вот и весь результат. — А душа требовала подвига… — задумчиво протянул Кот-Ученый. — Типа того… — согласилась Настя и прервала сама себя: в проходе показалась стюардесса с тележкой. Спустя пару минут она оказалась счастливой обладательницей еще двух бутербродов с колбасой и банки энергетика, а аналитик взял себе кофе и булочку. — Приедем — рыбы не только насмотримся, но и наедимся! В любом виде! — прожевав, мечтательно протянул он безо всякой связи с разговором и вытянулся так, что пузо отчетливо выпятилось под расстегнутой паркой. Настя понадеялась, что на этом вопросы окончатся, но Кот-Ученый вознамерился продолжать: — Ну, и как ты на Blood-ТВ очутилась? Всамом, если можно так выразиться, представительстве Цитадели? Выразителе демократических чаяний и всякое такое? «Ладно, Насть, признайся хоть самой себе — стыдно тебе это. Вовсе не была ты никогда отчаянной диссиденткой, просто вырваться хотелось из села. При этом так, чтобы не портить отношений с бабулей…» — подумала она. — Попала на конкурс среди независимых молодых журналистов. Типа независимых. Кот, я ведь всерьез никогда… — Стоп! Как ты меня назвала? — удивился политический обозреватель. — Э-э-э-э… Да уж… Извини, пожалуйста… — Она была готова сгореть со стыда. — Нет-нет, с этим все нормально, — замахал лапами аналитик. — Скажи, как ты меня называешь вообще? Только честно? — Ох… — Настя вспомнила, как обычно именовала его на работе. — «Ну этот… с двойной фамилией. Эксперт…» Это раньше. А сейчас… «Он», «ты» — и все… Ну да, иногда просто Кот… Нет, я знаю, конечно, что ты Федор Богданович, но это же как морок, для людей только… Она еле нашла в себе силы договорить, последние слова произнесла шепотом. «Вот я дура! Ни разу не спросила, как к нему обращаться!» Кот-Ученый откровенно ржал, выставив напоказ острые клыки и закинув голову, насколько позволял ворот свитера. — Я у тебя неназываемый! Могучий бог, видать! — еле выдавил он наконец. — Ох, насмешила! Я сам виноват, прости… Настя смотрела в окно, чувствуя, что краснеет. Мимо пролетала очередная платформа, вокруг нее пакгаузов уже не было: они отъехали слишком далеко от Москвы, здесь, видимо, станции уже не считались транспортными узлами. «О боги, когда, наконец, Дубна-то?! Ну и поездочка…» — билась в голове мысль. Ее руки коснулась мягкая лапа. |