Книга Сердце пустыни, страница 98 – Габриэль Коста

– Как же долго я ждала… – дракон начал переливаться, его кожа заискрилась, и пошел дым. Через несколько секунд Меладея уже стояла у носа корабля и смахивала с себя пепел. – Я летела сюда без сна и отдыха, как только госпожа Аннемари предложила план по перехвату и мести. Сказала, есть три дня.

– Но что такое три дня для дракона, ведь так? – вмешалась королева людей. – Можете не беспокоиться о вашем секрете, госпожа Меладея, единственный, кто посвящен в ваше превращение, – мой близкий подчиненный Винсент. Его костер позволяет блокировать поток знаний и ощущений из внешнего мира. В моем слове, надеюсь, вы не сомневаетесь.

– К сожалению, сохранение моей тайны – дело времени. Через пару десятков лун все материки Виарума будут в курсе, – она посмотрела на Синделая. – Тот факт, что ты испуган недостаточно сильно, удручает, – Меладея выдохнула. – Саргон прав, и нужно начинать действовать. Я так надеялась, что Айон все же… избежит участи центральной фигуры гонки между стражами. Наше дело – подготовиться.

– Мой сын? – с надеждой в голосе проговорила Аннемари. – Он все же цел?

– Не совсем, но, если вы не против, мы продолжим этот разговор после казни предателя. Прошу вас, госпожа Аннемари, покиньте палубу, – сказала ледяным голосом Меладея и, несмотря на желание поскорее узнать побольше про Айона, королева послушалась.

– Меладея, – прорычал Синделай и сделал шаг назад.

– Я настолько хочу тебя уничтожить, что руки дрожат. Не могу решить: разорвать тебя на куски или сжечь? А может, связать твое состояние рождения и нынешнее сознание? Так ты потеряешь все, что имел: знания и силу. Но я буду благосклонна к тебе и оставлю понимание происходящего. Потом выброшу в океан и позволю медленно умирать, без возможности даже пальцем пошевелить. Быстрой смерти ты не получишь, – выносила она приговор.

– Меладея, ты слишком высокомерна, – Синделай прищурился. – Я мечтал убить тебя своими руками уже очень давно. Однако я слаб. Даже сейчас не смогу стереть эту насмешку с твоего лица. Но однажды… Ты пожалеешь.

– Не будет никакого однажды, – она подняла руку, и с ее живота начали исчезать звенья.

– Великий пожар. Тень совести падшего дракона. Ложная жизнь.

– Что?.. – Меладея в шоке замерла. – Ты же оборотень…

– Совершенно точно, Меладея, я оборотень, – он кивнул. – Предел моего развития – это костер. Однако сама искра и стала основой для нового витка развития. Чем отвратительней, по вашему мнению, вещи я совершаю, тем сильнее становлюсь. Я обрел костер, когда нашел ринханто. И получил пожар, когда потерял его. Правило, нарушая которое, оборотень обязательно умирает. Я уже труп, Меладея, убить меня невозможно.

– Что ты хочешь этим сказать? – Меладея выпустила крылья дракона, готовясь сражаться.

– Что ты намного сильнее меня, Меладея. По крайней мере, сейчас. Но убить ты меня не в силах, – он говорил странным голосом. – Никогда прежде я бы и не подумал, что великая Королева Оборотней обратится к человеку. Это единственный раз, когда я посмел недооценить тебя. Больше такого не повторится.

– Синделай! – взревела Королева Оборотней.

Вся тень, которую он собирал и которой окутал себя для сражения с Аннемари, стала переливаться и бурлить, как кипящая вода. Теперь он не был похож ни на человека, ни на оборотня. Его очертания стерлись, а конечности подрагивали. Пальцы на ногах и руках исчезли, голова стала шарообразной, лицо растворилось в тени. Он дернулся и махнул тем, что осталось от правой руки. Сейчас она напоминала длинный меч. Синделай поднял его, вынуждая Меладею отпрыгнуть на пару метров назад. Однако оружие проткнуло грудь оборотня, и его новое тело начало трескаться, подобно разбитому стеклу. Внутри него оказалась белая мерцающая жидкость. Меладея смотрела и не могла понять, что происходит. Даже для нее это выглядело невероятным. Поведение и слова Синделая напрягли ее. Он что-то скрывал. Теперь узнать, поручение ли это от других стражей или его личные намерения, не получится. Жижа, в которую превратился оборотень, медленно испарялась, но в последний момент у нее появился рот.