Книга Сердце пустыни, страница 48 – Габриэль Коста

– Милая, ты идешь?

– Да-да, конечно, – Сина развернулась и пошла к нему.

* * *

– Пожалуйста, убейте меня, – тихо и смиренно попросил Редлай.

– Нет уж, кто будет вещи таскать? – Гилем толкнул его в бок. – Да прекрати ты страдать. Не все так плохо.

Редлай ничего не ответил. Он активировал свою искру и начал понемногу чувствовать себя лучше. Сегодня они все проснулись от духоты и кинулись на задний двор. Там находился небольшой колодец. Оборотень вылил на себя ведро ледяной воды и заметил, как с кожи поднимается пар. Ему стоило превратиться в лесную гончую. Его животное и лесное обличия намного легче переносили скачки температуры воздуха. Однако это не самый хороший ход для тех, кто решил скрываться. Хорошо себя в жару чувствовали Сина и Илай, который буквально сверкал татуировками и не переставал улыбаться. Для них солнце не стало проблемой. И, конечно же, Мики как житель материка Вечных Пустынь. Он не мог перестать радоваться крыше над головой.

Хуже всего жару переносил Кайл. Тут все сразу догадались о прямой связи его пламени и океана. Он, бледный и уставший, смотрел на команду потухшим безэмоциональным взглядом и обливался водой около колодца. Даже Айон перестал подкалывать его и надоедать глупыми вопросами. Риса также чувствовала себя отвратительно, хоть и чуть лучше, чем Непотопляемый. Они на пару с Кайлом забились в самый темный уголок, обмахивались веерами и каждые два часа обливались водой. Смотря на них, Азель переживал насчет их путешествия по пустыне, к первой столице насекомых.

Во избежание проблем, на рынок отправили Гилема и Мики как знатоков, Сину, Илая и Редлая в качестве носильщиков. Азель же с Айоном остались дома стеречь самочувствие Кайла и Рисы.

– Нам надо как можно скорее решить вопрос с Метеором, – начал Гилем по пути на оживленный центральный рынок людей. – В его каюте-загоне достаточно еды и воды, и Айон вроде приказал ему никуда не выходить и охранять бриг… Но такую птичку в мешок не посадишь. Жаль, его нельзя выкрасить в какой-нибудь красный цвет и выдать за обычного феникса. Вопросов было бы меньше.

– А откуда вы вообще достали обсидианового феникса? – поинтересовался Мики. – Я таких никогда не видел!

– Мики, давай об этом потом, не возле центрального рынка, – Гилем показал рукой вперед. – Расскажешь нам о местных обычаях и правилах? Не хочу тратить силы. Особенно когда не могу оценить количество оставшегося пламени.

– А то ты на себя каждые пять минут смотришь, – закатил глаза Редлай.

– Ну так ты без остановки меня по лбу бьешь, – усмехнулся Гилем. – Зеркало.

– Что с вами стало? Как вы перешли на новый уровень общения? То и дело о чем-то спорите, кидаете шпильки и шутите, – Сина подняла вопросительно бровь. – Что за дела?

– Поверь, я теперь так ко всем, – сказал Гилем. – Когда ты так близок к смерти, понимаешь, ради чего или кого живешь. Я вас всех очень люблю и хочу, чтобы вы чувствовали это каждую секунду каждой минуты и так до бесконечности.

Повисло молчание. Сина оказалась не готова к этому ответу.

– Ладно, пойдемте, – Гилем самодовольно улыбнулся, потому что смог заставить всех замолчать, и посмотрел на Мики. – Так что? Небольшая экскурсия. Напоминаю… Мы держим путь в первую столицу.

– А может, сразу попросить кого-то зарезать вас? – Мики поднял бровь вопросительно. – Ладно, в первую столицу так в первую столицу. Только никому об этом не говорите, иначе от нас как от больных отпрыгивать будут.